Кинофильм и телесериал «Наркоза не будет» сняты по одноименному роману Александры Сашневой — художницы и поэтессы, кинорежиссера, актрисы и солистки рок-группы «Фелiчiта». Роман выдержал два переиздания и был удостоен одного из главных призов на литературном фестивале «Роскон-2002».«Убойный отдел» Санкт-Петербурга озабочен серий таинственных смертей художников, собственной кровью рисовавших на холсте непонятные символы до тех пор, пока жизнь не покидала их тела… Мумифицированный труп младенца на берегу Невы… Загадочный иероглиф, повелевающий жизнью и смертью, загадочный профессор Легион — Мастер Пластилиновых Кукол, управляющий людскими судьбами, загадочный Черный Мент — частный детектив, расследующий сверхъестественные убийства… Художница Лиза Кошкина, приехавшая из провинции покорять северную столицу, оказывается в самом центре круговорота зловещих и смертельно опасных событий.Чтобы подчинить объективную реальность собственной воле, необходимо знать, что она из себя представляет. Чтобы выжить на пути к этому знанию, следует помнить, что смерть всегда рядом, а жизнь — иллюзия, подобная узорам в калейдоскопе. Лишь погибнув и воскреснув вновь, можно стать истинным Воином, побеждающим на городских перекрестках и в снах, одинаково успешно сражающимся с материальным и бесплотным противником. Роман лауреата премии «Бронзовый Роскон-2002» Александры Сашневой не только великолепно написан, но и содержит действующие техники управления реальностью.
Рита лежала в глубокой яме. Далеко вверху, на фоне синего прямоугольника неба ходили какие-то люди и кидали вниз горсти земли. Комки попадали в лицо, но Рита не могла их стряхнуть — руки не чувствовались, будто их нет. Рита только жмурилась и пыталась сдуть земляную пыль, направляя воздух нижней губой. Кричала, чтобы ее вытащили, но люди то ли не слышали, то ли делали это нарочно и горка земли на лице становилась все больше. Рита начала задыхаться, заплакала в отчаянии, дернулась и увидела, что на самом деле ее лицо закрыто пледом, поэтому нечем дышать, а на груди лежит что-то тяжелое. Она стянула плед и разглядела вытаращенные глаза на черной негритянской морде.
— Мудак, что ли? — сказала Рита раздраженно. — Другого-то места…
В этот момент она поняла — что негр ее не слышит и даже не знает, что лежит в такой неудобной позе, потому что у него в виске аккуратная дырочка. Рита подняла голову и увидела около себя огромный «Десерт Игл». Она подумала, что скорее всего еще не проснулась, но решила по любому уйти отсюда. Как можно быстрее.
Выбравшись из-под негра, Рита увидела на диване, мокром от крови, еще парочку черных. Напротив окна — рыжий тощий Лоер без половины черепа. Комок кровавого фарша у его ног — скрюченный остаток Леры. Ее окоченевшая рука продолжала сжимать «Вальтер ППК».
Бутылки, бычки… Светло-рыжие клочья волос Лоера покачивал сквозняк, и ненужные ему теперь адвокатские мозги жирными пятнами стекали по стене. Весь этот натюрморт был слегка припудрен белой кокаиновой пылью.
За окном, над фрагментом тусклого питерского пейзажа, клубились пепельные февральские облака.
Рита ошалело пыталась сообразить, что же случилось. В памяти было ровное гладкое место. Руки стали удивительно легкими и как бы не настоящими. Рита опустилась на четвереньки и прямо с пола втянула по очереди обеими ноздрями.
В голове чуть просветлело.
Нужно вытереть стаканы и все остальное, за что могла схватиться. Слава богу, не испачкалась ни в каком дерьме. Рита направилась в ванную, чтобы посмотреть в зеркало. Полоска желтого света падала в полумраке коридора на затоптанный пол. Дверь жалобно скрипнула.
