Она подошла к Эду и сообщила ему об этом.
— Знаешь, — сказала она. — Пожалуй, я бы не смогла бы тебе так классно задурить мозги, как она. Но я боюсь, что ты никогда не будешь в ее глазах таким недосягаемо безупречным, как в моих. Сдается мне, что она найдет в тебе э-э… пару недостатков.
— Ты права! — усмехнулся Эд. — Но, возможно, этого я и хочу. Возможно, этого мне и не хватает, чтобы кто-нибудь нашел во мне пару недостатков, чтобы я их исправил! А?
— Ну. Черт! Ты меня опять удивил, — рассмеялась Катька. — Хотя в этом что-то есть. Но мне надо обдумать. Это очень непривычная и сложная мысль.
— Ладно. Надо уходить, — сказал Эд достаточно озабоченно и глянул на часы. — Полшестого. Надо бы мне еще в одно место заскочить. Я тут газетку свежую почитал и… Помнишь художника, у которого мы были? Оказывается он успел умереть, и у него открылась какая-то умопомрачительная выставка. Пойдем?
— По агентским делам?
— Ага. Типа того.
— Пойдем.
Вот сейчас ей вообще было все равно, куда идти.
Андрэ тронулся тотчас, как только Марго плюхнулась на сидение.
— Ну как? — спросил он. — Как новая работа? Новые знакомые?
— Нормально, — кивнула Марго. — Как ты и говорил. Испытательный срок. А ты не знаешь, что за картинки там делают. Я так и не поняла.
— Понятия не имею, — довольно скучно сообщил Бретон, выруливая на широкую улицу. — Кажется что-то там считают. А Рэй тебе ничего не объяснила?
— Ну так. Туманно.
— Туда поступают графики из какого-то института по военному ведомству или по экономике, я не очень хорошо помню, а девки силят и думают, что картинки рисуют. Потом картинки суммируют, дешифруют обратно и принимают решение.
— Дешифруют?
— Ну да. Как-то они преобразуют статистику в геометрические фигуры, а вот правильный ответ почему-то лучше всего получается по чисто эстетическим принципам. Есть какая-то концепция, мне приятель толковый один рассказывал, что человек в состоянии транса или гипноза попадает в какое-то поле и принимает какое-то очень правильное решение, связанное с фрактальным строением мировой сферы. О! Но я ни в полях, ни в мировых сферах ничего не понимаю, так что… просто… не думаю об этом.
— О! — Марго откинулась спиной к сидению и торжествующе расхохоталась. — Я знала! Я знала, что они придумают это!
— Да?! — удивился Андрэ. — Тогда ты какая-тоособенно продвинутая, потому что я даже и не пытаюсь в этом разобраться. Главное, что я понял, каких девок приводить к Рэй, чтобы мне счет пополняли! Чем девка безумнее, тем больше гонорар. Так что я в тебя сразу поверил! Кстати! Давай обмоем первый день работы. И, если ты захочешь, я даже потрахаюсь с тобой. Мне это не трудно. Просто я не люблю… но впрочем, тебе это не обязательно. Так что? Куда? Может в «Эдем» сегодня завалим? Сейчас где-нибудь пожрем, а потом закинемся и туда.
— Давай, — согласилась Марго. — А потом в стрелялку съездим?
— Идет, — кивнул Андрэ.
БМВ рванул. Бульвары, проспекты, рекламы и вывески неслись мимо Марго сливаясь в квадратики, треугольнички и прочие геометрические фигуры, которыми ее целый день пичкала машина.
— Представь, что учудила моя матушка! — вдруг вспомнил Андрэ. — Тебе Макс должен был ее показать, вряд ли он удержался. На выставке Наполи…
Андрэ хохолтнул, и Марго тоже кривенько ухмыльнулась.
— Да, показал. Высокая женщина. Она хотела что-то купить, кажется?
— Ну да! Идиотка! Я ее отговаривал, как мог. Но она ни в какую. Все-таки выложила какую-то умопомрачительную сумму за эту дурацкую серию. Идиотка!
— Почему? — удивилась Марго. — Ты-то ведь зачем-то заказывал.
— Ну я же не для себя! — вздохнул Андрэ. — Меня попросили. А на самом деле, это вообще был предлог. Там людей интересовали некие «глазки». А заказ так, ну чтобы не палиться.
— «Глазки»?!
— Ну да. Русская наркота. Кстати! Ты много полезного сообщила. Меня похвалили. Денег дали. Я тебя угощаю опять-таки! Если так дальше пойдет, я тебе предложение сделаю. От выгодной-то партии кто ж отказывается?
— Да?! — Марго с удивлением повернула голову. — Я — выгодная партия? Предложение? Это — ново!
— Ну, почему бы и нет? Надо же когда-то и семью заводить.
— Может лучше деньгами? — шуткой заехала Марго, но Андрэ напрягся, и она поправила направление. — А что за наркота? Они что, мочат гравюры в кислом?
— Хуже! Не поверишь, но там один псих — врач из какой-то вашей дурки выделил из пота шизофреников супер-дурь. От нее крышу рвет напрочь. Я не пробовал — не знаю, но счастливцы отзывались очень уважительно. Ну и вот, как-то они прямо в краску, которой все это штампуют, дурь эту добавляют и никакая экспертиза, главное, не определит. Потому что это даже и не вещество, а… в общем там все запущенно.
— А-а-а… черт! — Марго подпрыгнула на сидении. — Но откуда же? Я что-то похожее прочитала в газете в самый первый день! Как только приехала! Я стояла во дворе у Жака, и ветер принес газету, газета прилипла к моей ноге, я подняла ее и прочитала эту заметку. Она была подписана… А… — Марго осеклась. — Ну и что? А вам зачем?
