Тайный идеал тамплиеров полностью

В другой раз Филипп IV предложил папе подумать над тем, чтобы объединить два больших военномонашеских ордена – тамплиеров и госпитальеров – в один и поставить во главе одного Великого магистра, котором бы стал – опять та же идея – сын короля. Папа довел эту идею до сведения Жака де Моле, но тоже не получил на нее одобрения. Великий магистр дал понять папе, что не видит целесообразности в этом союзе, поскольку функции орденов не во всем совпадают и в будущем вряд ли найдутся возможности для совместной работы.

Когда все ухищрения и обходные маневры Филиппа IV потерпели неудачу, он решил идти напрямик, причем сразу несколькими путями.

Первое, что он сделал, и этот факт признают почти все историки, – он содействовал избранию папы, который полностью подходил для осуществления его замыслов. Архиепископ Бордо, который до избрания носил имя Бертран де Гот, а после избрания стал папой Климентом V\ будет отвечать согласием на все, что от него потребуют. Почему? Версий много: потому что существовал предварительный уговор, потому что все вопросы были заранее решены, – но так или иначе, отношение этого папы к тамплиерам разительно отличается от отношения его предшественников.

Затем Филипп IV начал искать свидетелей (если их можно так назвать), которые бы удостоверили аморальность и ересь тамплиеров. Но здесь есть характерная деталь: искать свидетелей начали среди тех членов ордена, которые были из него изгнаны за недостойное поведение и во множестве случаев именно за ересь. Уже тогда немало говорилось о ереси катаров, и тамплиеры не хотели особо связываться с этой проблемой. Хотя они и не выступали против них, но не хотели быть замешанными в ситуацию, которая вызвала бы их конфликт в отношениях с папой. Но любопытно, что почти все свидетели были катарами и почти все они состояли ранее в ордене, а потом были исключены из него. Легко предположить, какие показания могли дать эти люди.

Итак, произошел арест. Аресту подверглись все тамплиеры без исключения, и было конфисковано все их движимое и недвижимое имущество. Указывалось, что обвинения в адрес тамплиеров будут рассматриваться с особой тщательностью, при необходимости будут прибегать к пыткам, ведь важнее всего выяснить истину, и всех тамплиеров предупредили: или они во всем сознаются, или будут казнены. Но в чем они должны были признаться? В целом ряде совершенно определенных вещей по списку вопросов, который сохранился и по сей день, и выйти за рамки этого списка было очень сложно.

Они должны были признаться (все взято из текстов того времени):

– что давали обеты и обещания при вступлении в орден,

– что отвергали Господа нашего Иисуса Христа и плевали на распятие,

– что давали и получали непристойные поцелуи,

– что предавались с другими членами ордена содомии и поклонялись идолам.

Всем, кто признавался в этом, сохраняли жизнь, тех, кто не признавался, убивали.

Логично задаться вопросом: а какие признания могли остаться до нашего времени? Конечно, признательные, такие, какие и требовались, другие даже не сохранились. Кроме того, у подсудимых не было права отказаться от своих слов.

Воинам такого природного склада, какими были тамплиеры, было куда тяжелее переносить заключение, терпеть ежедневные унижения и пытки, чем смотреть в глаза смерти, выходя на битву по собственной воле и с внутренним энтузиазмом. И не стоит удивляться, что эти люди в какой-то момент могли потерять силы, упасть духом. Лучше спросить себя: а кто бы смог все это выдержать в подобной ситуации? И это уже не вопрос веры, это простой вопрос биологии: или позволить себе умереть, или быть убитым как можно раньше, или что-то сказать в состоянии душевного расстройства, когда ты себя не контролируешь.

Центральными персонажами этой драмы являются несколько человек. Прежде всего, это Филипп IV Красивый, считавшийся хорошим католиком, хотя мы не должны забывать, что король был отлучен от церкви из-за серьезных проблем с предыдущим папой: король послал к папе Бонифацию своих людей, которые позволили себе арестовать его и даже дать ему пощечину, что было абсолютной дерзостью по отношению к главе всей церковной иерархии. И когда пришло время, король не колеблясь проложил дорогу к папскому престолу для человека, который был ему полезен в осуществлении его интересов.

Другой персонаж – Ногаре, человек очень умный и сведущий в законах, хорошо подготовленный и весьма честолюбивый. Он очень хотел стать дворянином, но получил свой титул лишь много позже. Возможно, он имел какое-то отношение к еретикам-катарам, судя по некоторым его высказываниям и поступкам, и поэтому был заинтересован в роспуске католического ордена, к которому не испытывал ни малейшей симпатии.