– Те, кто принимали послушников в орден, учили их, что Христос – не настоящий Бог, что он был лишь лжепророком, что не претерпел страданий и распятия ради искупления рода человеческого, а лишь был наказан за преступления, которые совершил.
– Послушников заставляли плевать на крест. Не верили ни в святость алтаря, ни в другие таинства церкви. Верили, или, по крайней мере, утверждали, что Великий магистр может давать отпущение грехов, как и ревизоры и наставники, среди которых было много мирян.
– Священники ордена опускали в каноническом ритуале мессы слова освящения.
– Новопринятым братьям говорилось, что они могут вступать в плотскую связь друг с другом.
– После обряда принятия братья – тот, кто принимал, и тот, кого принимали, – обменивались поцелуями в губы, в пупок или в оголенный живот.
– В каждой провинции были идолы, какие-то головы, некоторые из которых имели три лица, Другие – одно, а иные просто представляли собой человеческий череп. Утверждалось, что головы эти могут спасти их, что они обеспечивали все богатства ордена и могли заставить расцветать деревья и плодоносить землю.
– Опоясывали верхнюю часть головы упомянутых идолов или касались ее веревкой, а потом повязывали на теле под рубахой. Рекомендовалось всегда оставаться подпоясанными этой веревкой, даже ночью.
Кроме того, все эти вопросы сопровождались другими, не менее коварными, например, происходило ли это в такой-то провинции, или в таких-то королевствах, или вообще повсюду, была ли это старая традиция, совершалось ли это в соответствии с уставом ордена и т. д.
Именно в этом и следовало признаться, чтобы сохранить себе жизнь. Как мы видим, если кто-то во всем признавался, жизнь спасти этим все равно не удавалось – кого же оставят в живых после подобных признаний?
Можем ли мы с уверенностью сказать, что все эти утверждения были ложными? Нет, потому что головы точно были, ведь церемония приема в орден была действительно не совсем обычной церемонией. Проблема не в том, что было в действительности. Проблема в том, как воспринималось то, что было в действительности. Проблема в том, как толковались отдельные факты, которые вне общего контекста превращались в абсурд. А от абсурда до клеветы расстояние не больше лезвия ножа.
Протокол допроса тамплиеров
Так в значительной мере и произошло – немного вольных трактовок, немного непонимания, умышленного или по незнанию… Доподлинно известно одно – обвинения достигли своей цели.
Орден тамплиеров исчез как орден, тамплиеры остались как миф, как
Согласно папской булле, которой был распущен орден Храма, все его богатства и имущество были переданы ордену госпитальеров Святого Иоанна Иерусалимского. Тем не менее осталось все имущество в королевствах Кастилии, Арагона, Португалии и Майорки, которое не было передано госпитальерам и осталось в распоряжении Святого Престола.
Казалось бы, проблема решена – сокровища тамплиеров наконец в руках тех, кто так активно на них претендовал. Но случится нечто любопытное, любопытное в историческом плане, благодаря чему загадка останется.
Когда представители Филиппа IV пришли в командорства, они там ничего не нашли, разве что то, что невозможно увезти: плуги, рабочие инструменты, денежные вклады, не принадлежавшие тамплиерам. Это еще раз позволяет нам говорить о полной честности этих людей, о том, что они и не прикасались к тем средствам, которые служили обеспечением для выдававшихся тамплиерами заемных писем. Но богатства тамплиеров исчезли.
Можно предполагать, что не во всех командорствах было много денег, но ведь где-то они должны были быть! Тогда где? Где все эти драгоценности, чаши и прочие маленькие сокровища, которые есть в любой церкви?
Возможны два варианта. Может быть, чиновники Филиппа IV оставили все себе и сказали, что ничего не нашли. Другой вариант – тамплиеры заранее знали о готовившихся арестах и заблаговременно позаботились о том, чтобы сохранить все самое важное и ценное.
Представим, что офицеры короля забрали то, что нашли, себе. Что это было? Золото, серебро, ценные вещи? Но ведь там должны были быть и разные бумаги, и документы, и книги. Тем не менее не осталось ни одного документа, ни одной бумаги, ни одной книги. Да, скорее, создается впечатление, что они все увезли, все спрятали. Вот откуда берет начало
