У них так всегда — то ничего, то идет поток. И неизвестно, что лучше. Есть работа — хорошо. Значит, ты востребован и занят, да и материальные выгоды и преференции еще никто не отменял, нет работы — плюс в том, что больше свободного временя для себя и отдыха.
Но без денег любой отдых превращается в домоседство и сидение у компа или валянье на диване с книжками. Ну, еще могут быть вылазки в парк или за город.
Анна ехала в электричке и смотрела в окно. Деревья закипали нежной зеленью. Она подумала, что именно весной зелень имеет такие нежные светлые оттенки, как будто деревья только что окунули в чистую воду. Она достала из сумки книгу и стала читать, но спустя несколько минут задремала. Потом проснулась и снова стала глядеть в окно, посмотрев на экран мобильного, поняла, что скоро уже станция назначения.
Дореволюционный вокзал был прекрасен, она подумала, как замечательно, что первым делом взгляд упирается в это старомодное милое здание, а не в современный уродливый новодел.
Гостиница, сведения о которой она нашла в Интернете еще в Москве, размещалась на главной площади, которую увенчивал белоснежный собор. Перед собором стоял памятник Ленину, который указывал рукой куда-то вдаль, наверное, звал к строительству коммунизма и светлого будущего. От площади убегали улицы с низкими двухэтажными и трехэтажными домиками, выкрашенными в нежные светлые тона от голубого до розового. От этого город имел какой-то пасхальный праздничный вид, что прибавило Анне настроения, и она ускорила шаг, направляясь к гостинице.
Ее зарегистрировали и выложили на стойку ключи. Подхватив их, Анна пошла по боковой лестнице на второй этаж.
Номер был чистым, простыни прохладными и накрахмаленными. Из окна открывался вид на домики, чьи крыши утопали в высоких деревьях.
Анна подумала, что можно сходить на речку, а потом уже приступать к заданию, но прежде следовало найти приличное кафе и пообедать.
Кафе находилось на полпути к реке. Местная жительница, которую она остановила и спросила о кафе, показала рукой вниз.
— Кафе «Серебряная рыба», — громко сказала она.
Как блесна, сверкнула крыша.
— «Серебряная рыба» очень хорошее кафе, мы там любим дни рождения отмечать и праздники. Сходите, не пожалеете.
У входа в кафе развевались воздушные шарики в виде рыб и стояла скульптура серебристой рыбы, почти утонувшая в высокой траве, от чего складывалось впечатление, что она плывет по этим зеленым волнам.
В кафе было два зала — побольше и поменьше.
Анна зашла в зал поменьше, и оттуда открывался вид на реку, которая блестела внизу темно-серой водой. Река виднелась не полностью, ее закрывали высокие деревья с раскидистыми кронами.
Неожиданно Анна поняла, что проголодалась. Она заказала отбивную с пюре и салат. Потом клюквенный морс и пирожок с абрикосовым вареньем.
Народу в зале было немного. Ее внимание привлек худощавый мужчина лет сорока или моложе, в клетчатой рубашке и джинсах непонятного цвета. Он был светло-рыжим с небольшой бородкой. На шее висел массивный крест на цепочке. Перед ним стоял стакан чая. Он, прищурившись, посмотрел на Анну, и та почувствовала, что невольно краснеет.
Анна уткнулась в тарелку, но через пару секунд почувствовала, что над ней нависла тень.
— Можно присесть? — и не дожидаясь ответа, мужчина плюхнулся на стул. — У нас тут вкусно кормят. Галка старается. Повариха она классная, раньше в Москве работала, но умерла мать, и она вернулась сюда, говорит, что родные места на душную Москву больше не променяет. Сейчас Галка здесь главный повар, но собирается открыть собственное кафе или это выкупить. Но это ее дела, и нас они не должны волновать. Может, познакомимся. Григорий.
— Анна.
— Замечательное имя. По-древнееврейски «благодать». Знаете?
— Мне столько раз об этом говорили.
— А я напоминаю.
Он смотрел, как она ест, и Анна смутилась.
— Хотите, я вам закажу еду?
— А-то думаю, как вас деликатнее об этом попросить. Я тут свободный художник, заработки случайные. Поэтому то сыт, то голоден. А здесь является столичная фея типа вас и дает художнику тарелку супа. Ангел!
— Заказывайте, — со вздохом сказала Анна.
Вот чем объяснялся интерес «свободного художника» к ней. Он хотел, чтобы его элементарно накормили. А уж она-то подумала, что тот питает к ней мужской интерес. Но не тут-то было!
Художник заказал тарелку наваристого борща, два салата и отбивную с рисом. Расправившись с салатом и борщом, вскинул глаза на девушку и добродушно улыбнулся.
— Два дня не ел. Вы моя спасительница.
— Я рада! — пробормотала Анна.
Она ощущала неловкость, которую не могла преодолеть.
— Вы не подумайте ничего плохого, в такой безденежной ситуации может оказаться каждый из нас.
Она кивнула.
— И что вас сюда привело?
Анна насторожилась.
— Просто так. Приехала полюбоваться красотами города.
— Ну, это вы слишком. Город у нас, конечно, красив, но ничем особенным от других русских городов не отличается.
— Вы считаете, что я не могу просто так приехать сюда на несколько дней отдохнуть?
— Можете, не обращайте на меня внимания.
