Архитектура Петербурга, который основатель города именовал не иначе как «парадиз», должна была отвечать параметрам рая. Впрочем, как и жители города.
Стремясь создать парадиз, Пётр I возводил не только храмы и дворцы, но и заселял его теми, чьё присутствие в раю обязательно.
Это души, стремящиеся к совершенству. То есть творцы – музыканты, учёные, поэты, архитекторы, художники. Поэтому строились первые музеи, создалась Академия наук, налаживалось массовое производство книг и периодики. Стремление к совершенству, к абсолюту и абсолютному было характерной чертой времени рождения Петербурга. Дух абсолютизма проникал во все сферы жизни.
Но со временем земное отражение небесного чертога заменялось искажением, а то и гримасой. А на смену душам, которые должны были стремиться к совершенству, являлись существа, казалось, совершенно лишённые подобия души.
Не зря именно с четвёркой связано появление «Фонтана ведьм».
В центре Пулковского шоссе стоит странное строение. Четыре строгие дорические колонны поддерживают фронтоны и купол. Внутри чаша из полированного камня. Сооружение ограждено парапетом высотой около метра.
Над строением, поблёскивая серебром, с оглушительным рёвом заходят на посадку и взлетают воздушные лайнеры. Мимо него днём и ночью несётся бесконечная вереница автомобилей.
А ему словно всё это нипочём. Вся эта суета словно обходит старинный фонтан. Кажется, что всё ещё существует в других – тихих, спокойных временах. Не одно столетие здесь поили лошадей, которые везли путешественников из Новгорода, Москвы, Киева… И всякий раз, подъехав к фонтану, кучера замирали: около чаши с водой лежали четыре непонятных существа… Тело льва, а лицо женщины. И всякий раз недоумевали, кто же это всё-таки, зачем они здесь. И шептались извозчики, ведь, не иначе, как ведьмы! Так и появилось неофициальное петербургское название «Фонтан ведьм».
Построили этот фонтан-павильон из блоков серого гранита по проекту Жака Франсуа Тома де Томона в 1809 году. Фронтоны и купол поддерживают четыре колонны.
Вокруг чаши на парапете замерли четыре невозмутимо спокойных сфинкса.
Головы сфинксов обращены в противоположные стороны. Головной платок ниспадает складками, открывая женское лицо с отрешённым взглядом. Странное, словно замершее в ожидании чего-то лицо. Лапы сфинксов скрещены. Это особый знак, для посвящённых. Знак, говорящий о том, что впереди город, где есть особые тайны.
Жизнь горожан была изначально подчинена четырём составляющим суток – утру, дню, вечеру и ночи. Конечно, были ещё четыре стороны света – север, юг, запад, восток, четыре ножки у стола и стула и ещё многое другое, связанное с четвёркой.
Но четыре, по замыслу основателя, должно было приобрести в четвёртом Риме сакральное значение. И оно приобретало. И естественно, отразилось в пластике скульптуры и формах архитектуры.
На углах башни Адмиралтейства встали каменные статуи четырёх героев древности: Ахилла, Аякса, Пирра и Александра Македонского.
Среди двадцати восьми статуй над колоннами башни Адмиралтейства: четыре стихии – Огонь, Вода, Воздух и Земля, четыре времени года – Зима, Весна, Лето, Осень, ветры четырех направлений – Южный (S), Северный (N), Западный (W) и Восточный (E).
Когда заходит речь о царских резиденциях, то вспоминаются, конечно, в первую очередь Летний и Зимний дворцы. Но ведь по закону сакральных чисел должны были быть Весенний и Осенний. И они были. И есть.
Первое, что поражает в этой дворцовой постройке, – довольно скромные размеры. А второе – что Летний дворец Петра I сохранился до наших дней в первозданном виде царской резиденции.
Летний дворец Петра I в Летнем саду является одним из первых каменных дворцов в Санкт-Петербурге. Он был возведён в 1710–1714 годах под руководством выдающегося зодчего Доменико Трезини.
В 1711 году Пётр I принимает окончательное решение о переводе столицы Российской империи из Москвы в новый город – Санкт-Петербург. Поэтому строительство дворца было своего рода сигналом для московского дворянства и купечества, что царский двор собирается на берега Невы всерьёз и надолго.
Здесь, на месте строительства, до основания Петербурга находилась усадьба шведского майора Конау. Пётр I совершенно целенаправленно пытался уничтожить все следы шведского присутствия на берегах Невы. Именно поэтому он, к удивлению многих, не стал использовать для каких-либо целей большую и мощную крепость Ниеншанц и город Ниен на правом берегу Невы после захвата её русским войсками. По сути, крепость Ниеншанц по старой новгородской традиции была срыта, то есть сровнена с землей. А город был просто разорён.
Дворец царя был расположен в северо-восточной части Летнего сада. Летний сад – первый регулярный сад Петербурга – заложен в 1704 году.
