Все эти взгляды, случайные касания, переглядывания… Они пробуждают меня прежнюю, наивную и мечтательную. Вчера я полночи не могла уснуть, представляя, чем занимается Артур в своей комнате. Вспоминала наш поцелуй, и сердце заходилось в томительном ритме. Старая обида, если она и была, полностью стерлась. Дома Артур совершенно другой: заботливый, расслабленный. Заказывает еду из ресторана и может играть с Федей в вертолетики, сидя на полу. А мне нельзя фантазировать о нас как о семье, как бы не хотелось. Это путь в никуда.
— Что ты такое говоришь. Ты гостеприимнее любой гостиницы, — отшучиваюсь я. — Но я не люблю притеснять других. Понимаю, что у тебя есть своя личная жизнь.
— Кто тебе такое сказал? — неожиданно спрашивает Артур.
Мне становится сложнее дышать. Артур имеет в виду, что у него никого нет? Разве такое возможно? Сколько себя помню, рядом с ним всегда были женщины. Таких как он — богатых, свободных и привлекательных, не оставляют без внимания.
Но Манапов смотрит серьезно, без тени юмора.
— Ладно-ладно, — сдаюсь я и спешу перевести тему. — А давай я сегодня что-нибудь приготовлю в честь нашего последнего вечера вместе?
— Приготовишь? — удивленно переспрашивает Артур, будто я сказала о чем-то невероятном. — Ну хорошо. Если тебе не сложно.
— Ресторанного качества не гарантирую, но вкусно точно будет, — улыбаюсь я. — Я сделаю любимые Федины спагетти с сыром и томатным соусом.
— Люблю спагетти. Но продуктов дома скорее всего нет, поэтому я попрошу водителя съездить в магазин.
— Нет-нет, не нужно, — с жаром восклицаю я. — Мне необходимы определенные ингредиенты. Я куплю сама.
— Ладно, — говорит Артур и неожиданно добавляет: — Тогда съездим вместе.
В течении получаса мы с ним ходим по супермаркету в поисках тех самых продуктов. Артур терпеливо носит за мной корзину, время от времени отвлекаясь на телефонные звонки. Люди его узнают, шепчутся, направляют камеры и фотографируют. Тогда я впервые думаю, что успех и деньги тоже имеют свои минусы. При желании невозможно остаться инкогнито.
— Я сто лет не ел домашней еды, — делится Артур дорогой к дому. — Последний раз наверное лет восемь назад.
— Вот как? А разве твоя мама не готовила?
— Готовила. Но еще до того как я попал в рейтинги Форбс, я смог позволить оплачивать ей домработницу.
— У тебя ведь есть повар, — напоминаю я. — Наверняка он может приготовить что-то домашнее.
— Он не готовит таких блюд. Слава учился во Франции и готовит только блюда высокой кухни.
— Ну значит сегодня ты насладишься сполна моими дилетантскими макаронами, — улыбаюсь я.
Артур улыбается тоже.
— Очень на это надеюсь.
Целый час я занимаюсь готовкой, пока Артур и Федя собирают железную дорогу, купленную в Детском Мире. Немного волнуюсь. Хочется, чтобы получилось вкусно. За Федю я не переживаю, а вот Артур с его избалованностью ресторанами может быть еще тем привередой.
Но мои опасения оказываются напрасными. Они вдвоем так лихо уплетают спагетти, посыпанные пармезаном, что я один момент я откладываю вилку и просто начинаю ими любоваться. Федя и Артур так похожи. Оба такие красивые.
— Вы идите играйте, а я пока со стола уберу, — говорю я, когда ужин подходит к концу.
Федя радостно уносится в гостиную, и Артур идет за ним следом. Я протираю стол, собираю тарелки и чашки, чтобы загрузить их в посудомойку. Наклоняюсь, чтобы разобраться в множеством кнопок и, вздрагиваю, когда слышу совсем близко голос Артура:
— Спасибо за ужин, Маша. Было потрясающе вкусно.
Он обнимает меня за талию и заставляет повернуться. Сердце барабанит как бешеное и пылают щеки. Артур гладит меня по виску, убирает за ухо прядь волос. Я закрываю глаза и с тихим вздохом позволяю ему коснуться моих губ. Наш поцелуй, сначала медленный и нежный, нарастает, становится глубже и отчаяннее.
Артур обхватывает мои бедра и, приподняв, сажает на столешницу. Я начинаю дрожать. Перестав себя контролировать, обнимаю его за плечи и целую-целую.
— Я буду ждать тебя, когда Федя уснет, Маш, — хрипло шепчет он, ведя шершавым подбородком по моей шее. — Не могу больше ждать.
Слова о том, что я приду к нему, почти готовы слететь с моего языка, но в этот момент у Артура звонит телефон.
Тяжело дыша, он отстраняется и смотрит на экран. Хмурится, принимает вызов.
— Да, мама... Вы в Москве? Сейчас? А почему не предупредили?
Положив трубку, Артур озадаченно на меня смотрит.
- Родители в Москве. Думаю, они захотят увидеть Федю.
- Сейчас?
В горле образовывается ком, который я не сразу могу проглотить. У меня нет ни единой причины, чтобы отказывать Манаповым во встрече с внуком, но почему-то внутреннее чутье подсказывает, что это не очень хорошая идея.
- Нет, не сейчас. Например, завтра. Как ты на это смотришь?
- Я... конечно, Артур. Это хорошо, что у Феди есть бабушка и дедушка, которые хотят с ним познакомиться.
- Спасибо тебе, Маш.
Синие глаза Артура смотрят на меня с теплом и благодарностью. Щеки мгновенно вспыхивают, а по телу прокатывается ощутимая дрожь.
