Понимая, что она обращается не ко мне, я все же обернулся. Миранда подняла руки, и веревки из морской травы прыгнули с дюн и обвились вокруг ног статуи. Порвать их Колоссу не составило труда, но на какое-то время они все же его отвлекли. Наблюдая за Мирандой, я снова и с болью в сердце вспомнил Мэг.
Между тем Эллис и Сесил, заняв позицию с другой стороны, принялись метать камни в ноги Колосса. Выпущенный из лагеря залп огненных снарядов пришелся в голую задницу, вызвав у меня невольную сочувственную реакцию.
– Так что ты говорил? – спросил Остин.
Я покрутил в пальцах стрелу.
– Знаю, что вы думаете. У меня нет божественных сил. Состряпать Черную смерть или «испанку» вряд ли получится, но, если удастся подобраться поближе и выстрелить в голову, то причинить какой-то вред все же получится.
– А… если не получится? – спросила Кайла, и я заметил, что ее колчан тоже пуст.
– На две попытки у меня сил не хватит. Следующий ход будет за тобой. Найди стрелу, постарайся вызвать какую-нибудь хворь и стреляй. Дело Остина – удержать колесницу.
Я понимал, что прошу невозможного, но они выслушали наставление с угрюмым молчанием. Каяться? Благодарить? Раньше, будучи богом, я принимал как данность безусловную веру в меня смертных. Теперь я просил своих детей снова рискнуть жизнью и при этом вовсе не был уверен, что мой план сработает.
В небе что-то мелькнуло. Не нога Колосса – колесница Шермана Яна, но без самого Шермана Яна. Совершив посадку, Уилл стащил с нее лежавшего без сознания Нико ди Анджело.
– Где остальные? – спросила Кайла. – Шерман? Девочки Гермеса?
Уилл закатил глаза.
– Нико убедил их сойти.
И тут же, словно в ответ на упоминание его имени, издалека донесся крик Шермана:
– Я доберусь до тебя, ди Анджело!
– Пошли, – обратился ко мне Уилл. – Колесница рассчитана на троих, а Нико после путешествия в тени может отключиться в любую секунду.
– Не отключусь, – жалобно произнес Нико и тут же вырубился.
Уилл перенес его на пожарную тележку.
– Удачи! Попробую угостить Повелителя Тьмы чем-нибудь от «Гаторейда»!
Остин забрался в колесницу первым и взял поводья. Мы с Кайлой тоже поднялись на борт, и пегасы, устремившись в небо, совершили ловкий маневр, облетев Колосса. В душе колыхнулась надежда. Шанс перехитрить этот кусок симпатичной бронзы все-таки был.
– Посмотрим, – сказал я, – удастся ли заговорить стрелу какой-нибудь милой заразой.
Стрела задрожала от оперения до наконечника.
НЕ СМЕЙ, сказала она мне.
Вообще-то я стараюсь не связываться с говорящим оружием. Оно грубое и отвлекает от дела. У Артемиды был как-то лук, умевший браниться не хуже финикийского матроса. В другой раз, в какой-то стокгольмской забегаловке, мне довелось познакомиться с шикарной богиней, и все было бы отлично, если бы не ее меч, который никак не желал заткнуться.
Но не будем отвлекаться.
– Ты только что говорила со мной? – задал я очевидный вопрос.
Стрела затрепетала. (Ох. Ужасно получилось. Мои извинения.)
ДА, ГОВОРИЛА. МОЛЮ, СЕ НЕ МОЕ ПРЕДНАЗНАЧЕНЬЕ.
Голос был определенно мужской, зычный и степенный, как у плохого актера шекспировских времен.
– Но ты же стрела. Твое назначение – бить в цель.
– Парни, держитесь! – крикнул Остин.
Колесница нырнула, уходя от столкновения с корабельным рулем. Если бы не предупреждение, я бы так и остался в воздухе, препираясь с собственной стрелой.
– Так ты из додонского дуба. Поэтому и говоришь?
ВОИСТИНУ, сказала стрела.
– Аполлон, – вмешалась Кайла. – Не знаю, почему разговариваешь со стрелой, но…
Звонкий, раскатистый ДЗИНЬ! Как будто оборвавшийся электропровод ударил по металлической крыше. Вспышка серебристого света, и… магические барьеры лагеря пали. Колосс подался вперед и опустил ногу на обеденный павильон, раздавив его с такой легкостью, словно тот был сложен из детских кубиков.
– Ну вот, – вздохнула Кайла.
Колосс торжествующе потряс рулем и двинулся дальше, не обращая внимания на суетящихся внизу полукровок. Валентина Диас выстрелила из баллисты, и снаряд угодил статуе в пах. (Я инстинктивно поморщился.) Харли и Коннор Стоулл продолжали палить из огнеметов, но без заметного успеха.
Нисса, Малкольм и Хирон торопливо натягивали стальной канат на пути статуи, но времени, чтобы закрепить его как следует, уже не оставалось.
Я повернулся к Кайле:
– Ты ведь не слышишь, как говорит эта стрела?
– Неважно. – Я посмотрел на стрелу. – Что предложит Мудрейшая Стрела Додоны? Мой колчан пуст.
Наконечник указал на левую руку статуи.
ВНИМАЙ, В ПОДМЫШКЕ СТРЕЛЫ, ТЕ, ЧТО ТЕБЕ НУЖНЫ!
– Колосс направляется к домикам! – воскликнула Кайла.
– Подмышка! – Я повернулся к Остину. – Лети к подмышке!
Услышать такой приказ в боевых условиях доводится нечасто, но Остин тут же направил пегасов в крутой подъем. Шов на левой руке Колосса был весь утыкан стрелами, но свою человеческую координацию я переоценил и, сделав выпад, схватил только воздух.
Кайла была проворнее и выдернула сразу несколько штук, но при этом едва не свалилась за борт. Я оттянул ее назад. Древки содрали кожу на ладони, и рука сильно кровоточила.
