Я закончил. Неприятный зеленый туман окутал стрелу, от которой исходил теперь запах чего-то подгоревшего, какой бывает в заведениях фастфуда. Это был хороший знак, указывавший на присутствие некоего страшного недуга.
– Готово! – сказал я Остину. – Доставь меня к его уху!
– Пожалуйста! – Он хотел сказать что-то еще, но тут под носом у него прошло облачко зеленого дыма. Глаза у Остина заслезились, нос распух и потек. Он поморщился и вдруг чихнул так сильно, что не удержался на ногах и свалился на пол колесницы, где и остался лежать, постанывая и дергаясь.
– Мальчик мой! – Я хотел взять его за плечи, но вспомнил, что держу по стреле в каждой руке.
ФУ! ЧУМА ТВОЯ КРЕПКА ИЗЛИШНЕ, прожужжала с раздражением Стрела Додоны.
– О нет, нет, нет! Кайла, осторожнее. Не дыши…
– АПЧХИ! – Кайла упала рядом с братом.
– Что я наделал!
МНЕ ВИДИТСЯ, ТЫ ПЕРЕБРАЛ, изрекла стрела Додоны, мой неисчерпаемый источник мудрости. ПОТОРОПИСЬ, ОДНАКО! БЕРИ ПОВОДЬЯ.
– Зачем?
Вы можете подумать, что бог, ежедневно разъезжающий на колеснице, не стал бы задавать такой вопрос. В свою защиту могу лишь сказать, что на меня сильно подействовал вид Кайлы и Остина, лежавших у моих ног. Почувствовав, что поводья никто не держит, пегасы запаниковали и, чтобы не налететь на стоящего прямо у них на пути громадного бронзового Колосса, нырнули к земле.
Каким-то образом мне удалось отреагировать должным образом. (За что полагается троекратное «ура!») Я засунул обе стрелы в колчан, схватил поводья и успел выровнять траекторию снижения, избежав жесткой посадки. Попрыгав по дюнам, мы остановились перед Хироном и группой полукровок. Маневр вышел бы даже эффектным, если бы центробежная сила не выбросила Кайлу, Остина и меня из колесницы.
Я уже говорил про мягкий песок?
Пегасы не замедлили унестись в небо, унося с собой побитую колесницу и оставив нас на берегу.
Хирон уже подскакал к нам. За ним подтянулись остальные. Перси спешил от воды, предоставив Миссис О’Лири отвлекать Колосса. Долго это продолжаться не могло, и их игра закончилась бы сразу, как только великан заметил бы неподалеку куда более интересные и заманчивые цели.
– Чумная стрела готова! – объявил я. – Теперь ее нужно выстрелить в ухо Колоссу!
Странно, но мои слушатели не восприняли эту новость как хорошую. И только тогда до меня дошло, что колесница-то улетела. И мой лук вместе с ней. А Кайла и Остин подхватили тот самый недуг, который я изобрел для врага.
– Они заразны? – поинтересовался Сесил.
– Нет! – ответил я. – Э… вероятно, нет. Это пары от стрелы…
Все торопливо отступили.
– Сесил, возьми Харли и отнесите Кайлу и Остина в домик Аполлона – их нужно лечить.
– Но они и сами из дома Аполлона, – пожаловался Харли. – А кроме того, мой огнемет…
– С огнеметом поиграешь позже, – пообещал Хирон. – Шевелись. Вот и молодец. Остальные – старайтесь по возможности удержать Колосса у края воды. Мы с Перси поможем Аполлону.
Хирон произнес «поможем» так, словно похлопал меня по щеке.
Как только толпа рассеялась, он протянул мне свой лук.
– Стреляй.
Я посмотрел на композитный рекурсивный лук, весивший, наверно, сотню фунтов.
– Этот лук рассчитан на силу кентавра, а не смертного подростка!
– Ты создал стрелу, и только ты можешь выстрелить ее, не опасаясь болезни. Только ты в состоянии поразить цель.
– Отсюда? Невозможно! Где этот летун, Джейсон Грейс?
Перси вытер с шеи пот и песок.
– Летунов у нас больше нет. И все пегасы разбежались.
– Тогда, может, если есть несколько гарпий и трос к воздушному змею…
– Аполлон, сделать это должен ты. Ты – бог стрельбы из лука и чумы.
– И никакой не бог, а всего лишь глупый уродливый мальчишка! Никто!
Жалость к себе просто хлынула из меня. Назвав себя никем, я был уверен, что земля разверзнется, космос остановится, а Перси и Хирон бросятся уверять меня в обратном.
Ничего подобного. Перси и Хирон лишь смотрели на меня хмуро.
– Ты – Аполлон. – Перси положил руку мне на плечо. – Ты нужен нам. И ты можешь это сделать. Кроме того, если ты это не сделаешь, я самолично сброшу тебя с верхушки Эмпайр-стейт-билдинг.
Вот такого перчика мне и не хватало. Что-то в этом роде всегда говорил Зевс перед моими футбольными матчами. Я расправил плечи.
– Ладно.
– Мы постараемся завлечь его к воде, – сказал Перси. – Тут у меня преимущество. Удачи.
Перси вскочил на спину Хирону, и они умчались на берег. Перси принялся размахивать мечом и всячески оскорблять Колосса.
Пробежав по берегу, я нашел место, с которого было хорошо видно левое ухо статуи.
Глядя на величественный профиль, я не видел Нерона. Я видел себя – памятник собственному зазнайству. Гордыня Нерона была лишь отражением моей. Я был большим глупцом. Я был тем, кто готов поставить в собственном дворе стофутовую обнаженную статую самого себя.
Я вытащил из колчана чумную стрелу и положил ее на лук.
Полукровки, рассеявшись, продолжали донимать великана с обеих сторон, тогда как Хирон с Перси скакали по линии прибоя, а Миссис О’Лири носилась за ними с бронзовым шипом в зубах.
– Эй, безобразина! – крикнул Перси. – Сюда!
