− Вот прикатили, − всплеснула руками бабушка. – Нет чтобы поскромнее, всегда-то они то на «чайках», то на белых шестых «жигулях». – Бабушка явно говорила загадками.
Минивэн подъехал к воротам, мы объяснили, как лучше встать, чтобы не повредить «такую дорогую машину». Двое обыкновенных аккуратно одетых в спортивном стиле мужчин вошли к нам на участок. Бабушка смягчилась, предложила чай. Мужчины согласились, они вели себя радушно, интеллигентно, казались милыми и приятными, только глаза их были цепкими, как у дедушки.
Мы расселись за овальным столом.
− Как в одной известной квартире стол, − заметил незваный гость, он был в футболке с символикой непонятно чего, я бы сказала даже с какой-то геральдикой, а поверх – стёганая жилетка на пуху.
− В какой это квартире? – не поняла бабушка.
− А ну-ка, Антонина Александровна, отличница ЕГЭ, ответьте в какой квартире, просветите бабушку.
− Бабушка. Это прикол такой. У старухи-процентщицы стоял круглый стол овальной формы.
− То есть я − старуха-процентщица?
− Бабушка! Прикол.
− Не знаю никаких уколов. – Это бабушка придуряется, она считала такие свои «невключения» верхом юмора.
− Шутка, бабушка
− Ха-ха, − сказала бабушка. И улыбнулась.
Второй мужчина был в сорочке и в замшевом пиджаке − на нём, если проведёшь пальцем, остаётся след, я такое очень люблю, у меня платье на выпускной было из тонкой замши, папа на помойке под крышкой фото откопал, на нём было две дырки, я отпорола кусочки замши от внутренностей карманов, наклеила заплатки – стало без дырок и заплаток незаметно, а потёртости и разводы сейчас в моде. Тот, кто был в пиджаке, улыбался, но всё больше молчал.
Мы попили чаю, погрызли сушки, поговорили об урожае. Человек в футболке с неподдельным интересом расспрашивал меня о грибах. Я рассказала всё, что знала. Выпили ещё по стакану мы с бабушкой, а гости отказались.
− Ну а теперь к делу, − сказал разговорчивый.
− Да, − бабушка посмотрела пристально. – Тоня по дурости и с обиды написала в вашу организацию, она напишет отказ, да, Тоня?
− Мы не из той организации, в которую писала Тоня, − сказал молчаливый и пристально посмотрел на бабушку. – Надеюсь вы меня понимаете Алевтина Михайловна?
− Нет, − бабушка очень испугалась, и положила под язык таблетку.
− Ну что вы Алевтина Михайловна, не волнуйтесь, − начал разговорчивый.
Я посмотрела на бабушку, на этих странных собеседников и решила прекратить эти непонятки:
− Кто вы? Это из-за моей жалобы.
− Да, Тоня, − это из-за твоего заявления, − сказал молчаливый. – Просто подарок, что ты додумалась его написать. Я бы даже сказал бывает, что судьба сводит со старыми знакомыми.
− Объясните ей всё, − бабушка внешне успокоилась.
− С какого момента?
− С какого хотите, − в голосе бабушки послышались заискивающие нотки. – Тоня большая, можете рассказывать всё.
− Мы исключительно по делу будем общаться, − сказал разговорчивый. – Не скрою и я, что это просто подарок, когда мы пробили Тоню по своей базе, − сказал разговорчивый.
− По базе абитуриентов? – спросила я. Есть такой агрегатор, он собирает все данные поступающих и показывает инфу, куда они подали заявления.
− Нет. Вы не пугайтесь, Антонина Александровна. Мы не жулики и не налоговая. Мы из организации, которой заказывают разные проверки.
− То есть вы всё-таки… − я назвала организацию, куда я написала.
− Нет. Повторяю, нет. Мы − над организацией, в которую ты, Тоня, писала. Ну скажем так, нам поступает заказ и мы организуем разные интересные ситуации.
− Чтобы вывести коррупционеров на чистую воду?
− Вот Тоня молодец! Догадливая. – Молчаливый всё время хвалит, он поэмоциональнее.
− Нет. Повторяю, нет. Мы не они. Они иногда не только третейский суд, но и заказчики. Как например в этот раз.
− То есть вы что-то типа частного детективного агентства? – Я знала, что можно нанять частного детектива, установить слежку. Так делал наш сосед, когда разводился с женой. Правда, его всё равно потом убили. Но это совсем другая история.
− Нет. Мы не частное агентство, мы − государственные.
− На деньги налогоплательщиков, − подтвердил молчаливый.
− Вот именно, − продолжил разговорчивый. – Вы пейте ещё чай, пейте. Пейте и слушайте.
− Мы хотим предложить тебе контракт или задание. Раз уж ты не поступила. Ну такую своеобразную подработку, – продолжил разговорчивый.
− Гонорар хороший, официально всё, – добавил молчаливый.
− Работа? – удивилась я.
− Да. Такая серьёзная работа по борьбе с коррупцией приёмных комиссий. Видишь ли, ты знаешь такой институт… − и разговорчивый назвал самый престижный институт, куда и черчение надо было сдавать, и рисунок.
− Знаю.
− Ты туда не подавала конечно же документы?
− Конечно нет, − ответила я.
− Почему?
− Потому что туда… − я замялась.
− Что туда?
− Говори, говори, − подтолкнул молчаливый.
− Ну туда нереально поступить.
− Ты черчение не осилила бы?
− Что вы! – возмутилась бабушка. − Черчение Тонечка знает прекрасно.
− Бабушка! Там рейсфедером надо чертить!
