– Кому как повезет. Но больше полугода никто не выдерживает. Да и без солнечного света здоровье портится. Но самое главное, что клиенты у Макса все ему под стать. Обычные проститутки к ним уже не ездят. Вот и приходится им таких бедолаг, как мы, возить. Нам-то деваться некуда. Каждый раз, когда меня сажают в машину, я прощаюсь с жизнью, все молитвы, какие знаю, шепчу.
– А выпрыгнуть из машины не пробовала?
– Как там выпрыгнешь. Дверь заблокирована.
– А если патруль остановит?
– Ни разу такого не случалось. К тому же сзади всегда двое по бокам сидят. Макс за рулем, а Ной и Борис с нами.
– А если двух-трех девушек везут?
– По одной всегда возят.
– Лучше дольше, да тише. Любимая присказка Макса.
Даже удивительно, что человек с такими жизненными принципами взялся за столь рискованное дело.
Катя поманила остальных девушек к себе поближе и прошептала:
– Девчонки, но если каждой из нас осталось при самом благоприятном раскладе максимум полгода, не лучше ли рискнуть и устроить побег?
– Пытались.
– И что?
– Поймали. Кого-то сразу убили, кому-то такую выволочку устроили, что сами молили о смерти.
– Это вам кто рассказал? Люся?
– И она делилась. И при нас с Гелей тоже один раз такое было.
И все же Катя считала, что попробовать надо.
– Если даже только одна из нас убежит, то это уже победа. Потому что вас ищут. Потому что вся полиция на ушах. И добровольцы по лесам рыщут, и полицейские по берегу шарят. Стоит кому-то из нас выбраться и сообщить в полицию, где похищенные, уже через несколько минут тут будет такой шмон, такой… Что этим троим вашим хозяевам не поздоровится! И сами сядут, и всех клиентов своих выдадут!
– Отсюда бежать невозможно.
– А наверх нас всегда по одной поднимают. Даже если ты и убежишь, то недалеко. Их трое, а ты одна.
Марина в общем разговоре не участвовала. Она наблюдала за Люсей. Несмотря на то что девочка так и не повернулась к остальным, вся ее напряженная поза и сведенные лопатки говорили о том, что Люся не спит и прислушивается к каждому доносящемуся до нее звуку. Но для чего она старалась услышать как можно больше? Чтобы помочь пленницам? Или чтобы явиться с подробным доносом к своим похитителям?
Но что заставляет девочку сотрудничать с бандитами? Неужели только страх за свою жизнь? Или она настолько сломлена, что уже не имеет воли? Или же… или у нее есть что-то, ради чего она и старается?
И Марина решила закинуть пробный камень и сказала:
– Не могут же все трое наших похитителей быть такими уж злодеями.
Все остальные уставились на нее с укором:
– Тебе мало того, что мы рассказали?
Но Марина упорствовала:
– Наверное, это Макс заставляет своих сообщников так себя вести. Как я поняла с ваших слов, он страшный человек. Не только вы его боитесь, но и Ной с Борисом, я уверена, тоже работают с Максом только из страха.
Марина покосилась на Люсю и с радостью убедилась, что девочка при этих словах вся прямо встрепенулась.
– Ной совсем молоденький юноша. Он не может быть таким уж злодеем.
– Ной с Борисом и правда ничего, – согласилась одна из девушек. – Они нас жалеют. Когда Макса нету, они нам и вкусняшек приносят, и вообще стараются приободрить. Им совсем не нравится, когда нас мучают и убивают. Я сама слышала, как Ной сказал Максу, что не повезет больше никого из нас на верную смерть.
– А они это знают?
– Есть один клиент, между собой мы зовем его Кабан, так после него никто еще назад не возвращался. И несколько дней назад Ной и Борис отказались ехать с Максом. Тому пришлось звонить Кабану и объяснять, что новой поживы для него нету.
– И что?
– И после этого похитили вот их двоих.
И девушка указала на блондинку с брюнеткой, которые все сжались от ее слов.
– Думаю, их и планируют отдать Кабану на забаву. А от него еще никто живым назад не возвращался.
– И вас это устраивает?
– Ну они же новенькие. Мы к ним еще не успели привязаться. И Ной с Борисом их специально для этой цели привезли.
Катя покачала головой:
– Нет, девчонки, так дело не пойдет! Либо мы все в одной лодке, либо потонем поодиночке. А то что же это получается? Сегодня вы двух этих бедняжек на расправу отдадите и лишь перекреститесь, что не на вас жребий пал к Кабану ехать. А завтра, как Люся, уже совсем на сторону врага переметнетесь?
Не успела она это договорить, как Люся резко села на кровати.
– И вовсе я к ним не переметнулась! – свирепо прошептала она. – Если хотите знать, то мне Берту было еще больше вашего жалко. Знаете, как мы с ней сдружились? Она добрая была, не то что вы – злюки! А Ной ее вообще любил. Он так плакал, когда Кабан ее до смерти изувечил. Вы не слышали, а я слышала! Он же при мне ее тело в землю закапывал. И тогда же поклялся, что ни одну девушку больше к Кабану не отвезет.
От этих откровений Люси все прочие девушки замерли, словно язык проглотили.
– И я к Максу подлаживаюсь, чтобы иметь возможность нас всех спасти. Только не вас одних, а и Ноя тоже! Потому что он не виноват. Вот она все правильно сказала.
И Люся взглянула на Марину с признательностью, а потом продолжила:
