Всего одна единственная ночь с незнакомцем закончилась для меня двумя полосками на тесте. Чтобы сохранить беременность мне пришлось отказаться от своей мечты - поступления в Академию искусств имени Громова. Но спустя несколько лет я вернулась к своей месте. Поступила в академию и встретила его. Отца своей дочери и по совместительству ректора академии, в которой мне предстоит учится. Бежать или остаться? Поздно... Пути назад нет. Он уже нас заметил...
– Вадим, чёрт возьми, тебе уже тридцать три года! – срывается на крик отец, стукнув по столу с такой силой, что в одно мгновение мне кажется, что он на две части разломался. Но бедный «старичок» уже явно привык к нашествию отца в мой кабинет. Стойко выдерживает редкое, но мощное избиение.
– А тебе пятьдесят шесть, – безразлично кидаю ему в ответ, откинувшись в кресле. – И что с того?
– В том-то и дело. Ты появился у меня, когда мне было двадцать три, – высчитывает с грозным видом, оправдывая свою должность финансового директора медиахолдинга и академии искусств. – И я даже в этом возрасте понимал, как важно заводить наследников. А ты и твои братья даже и не думаете о будущем нашей фамилии и рода! И…
– Я ещё не готов к детям, отец, – перебиваю его, прежде чем он успеет закончить и вновь обвинит нас в распутстве и безобразном образе жизни.
Всё как обычно. И ничего не меняется. Ему нужны наследники, и ты хоть об стенку разбейся, но сделай ему внука или внучку. А лучше сразу несколько, чтобы он мог выбрать достойного.
– А мне плевать, готов ты или нет! – выкрикивает он и вновь бьёт по столу, словно этот жест меня может напугать или заставить принять его требования.
Лёгкий холодок пробегает по спине, но не более. В остальном я полностью спокоен и расслаблен. У отца осталось примерно семь минут, потому как ровно через это время мне нужно будет спускаться и провести приветственную церемонию для первокурсников академии искусств.
Обычно это делал Егор, но пару дней назад на одной из вечеринок братец сорвал голос, и теперь тот вечно срывается в неподходящий момент.
– Вадим, я даю тебе ровно год, чтобы ты обзавёлся семьёй, – безапелляционно заявляет старик. – Можно даже без жены. Нам нужен наследник! Твои братья точно детьми никогда не обзаведутся со своим образом жизни. Так будь ты добр позаботиться о семье и о нашем наследии. Кому передавать всё в будущем? – обводит рукой мой кабинет.
Думает все так просто? Поздно отец давить стал. Ох… поздно! Теперь уже ничего не изменить.
– И где я тебе найду девушку? – задаю вопрос с плотно сжатыми губами, что говорит о том, что я на грани. Эти разговоры про возможных отпрысков осточертели. – Нормальную, чтобы детей от неё завести? Даже если и без жены потом жить, ребёнку всё равно гены хорошие нужны.
– Вот… – тянет он, успокоившись и словно поймав нить того, зачем пришёл сегодня в школу. – Сегодня вечером у нас с матерью будут Скворцовы. У них две дочери. Одной двадцать один. Второй двадцать семь уже. Приглядись к девушкам. Хорошие кандидатуры.
– Скворцовы? – с сомнением переспрашиваю. – Это те самые, которым медведь на ухо наступил, а они нашу маму терроризировали, требуя занятий с ними?
– Девочки просто искали себя.
– Нет, отец! Извини! Не хотел бы я, чтобы у моих детей был их ужасный широкий и огромный нос, – кривлюсь, словно это имеет для меня значение.
В действительности я просто придираюсь, оттягивая неизбежное. Однажды отцу надоест всё, и он поставит нас с братьями перед условием: либо мы обеспечиваем фамилию наследниками, либо он лишит нас наследства.
– Тогда сам ищи! – восклицает, сжав губы в полоску, как и я недавно. Старик тоже на грани. Это у нас семейная привычка. – У тебя целая академия талантливых людей! Уж не поверю, что среди них не будет подходящей. Ищи!
– Я не сплю со студентками. Сам же запретил, – напоминаю ему одно из условий, которые он своей рукой прописал, подпуская нас с братьями к управлению академией искусств.
– Ищи выпускницу! – взмахивает руками с выражением лица, будто бы я сам должен был об этом догадаться. – Закрутишь роман, и примерно к выпуску она родит тебе ребёнка.
А выпускница – это не студентка по его мнению? Ну уж нет! Спать со студентками, с замужними, с одинокими мамочками и с ненормальными – для меня табу.
– Как у тебя всё просто, – произношу и встаю, направившись к окну. Не хочу больше продолжать эту тему.
Я никогда не женюсь, а тем более не заведу детей. Мне и прошлой попытки хватило сполна. На всю жизнь желание обзаводиться семьёй пропало. А теперь уж и подавно не получится ничего.
Кидаю взгляд на спешащих в здание студентов и студенточек в коротких юбчонках. К моменту сдачи экзаменов, тестов и зачётов эти юбки станут ещё короче, но это мало им поможет. Преподавателей я выбирал по себе и с одинаковым табу. Никаких студенток, разве что выпускницы.
Кое-кого среди учащихся академии даже узнаю. Мои ученики. Будущие таланты страны. Но до этого им ещё пахать и пахать.
Взгляд цепляется за двух девушек, как и прочие, идущих к зданию академии. Такие же, как все, но кое-что в них отличает их от других. Блондинка в чёрном строгом костюме и брюнетка с черными как смоль волосами, в почти таком же, как у подруги, только белом костюме. Как Инь и Янь. Завораживает и притягивает взгляды.
Красиво. Они словно не идут, а плывут, а взгляды всех направлены на них. Эти красавицы точно знают, как себя подать. С такими бы я закрутил что-то, но в то же время этим двум палец в рот не клади. Откусят и не подавятся даже.
