Ребята принялись за отмычки. Ровно минута, и дверь была открыта. Мы ворвались внутрь. Я впереди всех. Картина, которую я вижу в спальне меня не на шутку выбешивает. Этот подонок удерживает е"e за руки, склонив лицом к кровати, на ней нет нижнего белья и я не уверен, что он не успел сделать своё грязное дело. — Ах ты ж, Мразь! — кидаюсь на Игоря, но Эдик удерживает меня за руку. Ребята заламывают ему руки, надевают наручники, и отводят в сторону. Полиции он сопротивляется не стал. Понял, видимо, что это бесполезно.
Диана в истерике падает на кровать и пытается одернуть юбку. Выдернув руку, тороплюсь к ней, и прикрываю е"e обнажённое тело покрывалом. Нечего глазеть посторонним… Поднимаю с кровати, укутываю, и прижимаю к себе. Даже не замечаю, как умело справляюсь одной рукой. Она по-прежнему громко плачет.
Оборачиваюсь, чтобы посмотреть в глаза этому уроду, но взгляд невольно падает на его расстёгнутые джинсы. Становится тошно от такого зрелища. Поднимаю глаза на подонка, а он ехидно лыбится и подмигивает мне, словно ему удалось сделать, то что хотел. Руки чешутся набить его самодовольное лицо, точнее одна из них…
— Засуньте «это» ему обратно! И уводите! — командую с отвращением.
Ребята выводят Игоря в коридор. Кидаю на Эдика беглый взгляд. — Пусть посидит в камере до утра, а после я решу, что с ним делать!
— Понял! — отвечает Эдик, выходя из комнаты, и засмотревшись на Диану, случайно влетает в косяк двери. На его лице возникает дурацкая ухмылка. Одергивает свой пиджак и удаляется.
— Не плачь, милая. Все закончилось, — произношу вполголоса и целую е"e в лоб. Девушка понемногу успокаивается, но все еще хлюпает носом. Глажу рукой по спине. Она утыкается лицом мне в грудь, и даже не замечает в чем я одет, и мои бинты на теле.
Мы простояли так около получаса. Она наконец перестала реветь. Душа рвется на части, когда она плачет… Хочется верить, что я все же успел, но сомнения режут, словно острые стекла.
Отклонившись, Диана принимается рассматривать мою одежду, а после бегло проходится взглядом сверху донизу, и расширяет глаза. — Что с тобой случилось? — спрашивает чуть осипшим голосом.
В этот момент замечаю на лице девушки синяки, и оставив её вопрос без ответа, несдержанно выдаю: — Он тебя бил?!
— Он… — е"e глаза снова наливаются слезами.
— Сам вижу, что бил… Я посажу его! — яростно заявляю.
— Не надо… — произносит чуть слышно.
— Жалеешь этого изверга?! — перехожу на крик, тем самым расстраивая е"e ещё больше. Осознаю, что зря накричал. Чтобы успокоить, на ум приходит лишь одна сумасшедшая мысль. Рискую воплотить её в жизнь, не обдумав последствия. — Прости, — сменяю крик на шепот, склоняюсь, и осыпаю нежными поцелуями каждый миллиметр её заплаканного личика, а после добираюсь и до губ…
К моему удивлению, Диана впервые ответила на мой поцелуй. От удовольствия совсем не кстати бурно реагирую, ещё сильнее к ней прижимаясь.
Ощущаю, как сильно она дрожит, либо от произошедшего сегодня, либо от нашего первого поцелуя, ну явно не от холода, все-таки конец апреля на дворе.
Внезапно она отстраняется, медленно отодвигая меня, упираясь ладонью в мой торс. В недоумении, все ещё продолжаю тянуться к е"e губам, но через пару мгновений, все же прихожу в себя. Возможно, е"e смутил мой горб под больничным халатом, который она явно ощутила при таком близком контакте. Девушка сегодня столько пережила, а я думаю хрен знает, о чем. Это неправильно. — Соберись, Влад! Ну же! — мысленно одёргиваю себя.
— Не стоит… — чуть слышно произносит Диана. По глазам видно, что она напугана. Слишком большой напор с моей стороны, играет против меня.
— Прости, — снова извиняюсь… Дико тянет к этой девушке, не представляю на сколько меня ещё хватит. Главное не сорваться, иначе могу и вовсе потерять е"e из-за своих плотских желаний. По крайней мере, хотя бы удалось ощутить вкус е"e поцелуя. Значит все же не все потеряно… По лицу не получил, и это уже радует.
— Что с тобой случилось? — повторяет ранее заданный вопрос.
Уйти от ответа не выйдет, придется снова солгать… Почему я не могу признаться ей во всем… Условия отца удручают.
— Попал под машину… — виновато отвожу взгляд. Сложно врать глядя в глаза.
— Хорошо хоть жив остался, — пытается улыбнуться. — Мне было бы грустно если бы… — внезапно замолкает и склоняет голову опустив глаза.
— Если бы что? — медленно приподымаю е"e лицо за подбородок, и пытаюсь поймать взгляд.
— Если бы ты погиб, разве не ясно! — отвечает на повышенных тонах и отворачивается. Сажусь на кровать и притягиваю Диану за руку. Она садится рядом.
— Ты за меня так волнуешься, часом не влюбилась? — не удерживаюсь от ухмылки.
— Иди ты! — толкает меня в левое плечо. Испытываю дискомфорт, сопровождающийся тихим стоном. Не хочу показаться слабаком, но сдержатся не получается. Диана тут же принимается меня жалеть. — Прости, я не хотела, — легонько поглаживает по плечу.
