— Во-первых она не девка! — грубо ставлю его на место. — А во-вторых я люблю е"e! — снова повторяю отцу, но в этот раз уверенно и твердо, четко даю понять о своей позиции.
Сейчас, я как никогда, уверен в своих чувствах к этой девушке. И сделаю все, чтобы завоевать е"e любовь.
— Ты посмотри на него, какой стал… Ещё недавно ты менял баб как перчатки, а теперь любит он… — заносчиво выдает отец.
— Мне нужна твоя помощь! — снова повторяю.
— Побоюсь спросить какая же? — в голосе слышатся нотки иронии.
— Нужны деньги на финансирование реабилитации отца Дианы, — с трудом проговариваю я. Просить у него помощи, для меня, как наступить себе на горло. Так же сложно дышать.
Сглатываю, чтобы промочить пересохшую гортань.
После моих слов отец ненадолго замолкает. Слышу лишь его шумное дыхание в трубку.
— Так и будешь молчать?! — с раздражением.
— Я думаю… С какой стати я должен оплачивать расходы постороннего человека?! — резко выдает.
— Потому что я тебя об этом прошу! Если не согласишься, я посвящу родню во все детали твоей болезни! Полагаю, ты по-прежнему скрываешь от матери и сестры, что болен… — вынужденно перехожу на шантаж.
— Вот как значит, условия ставишь? — чуть убавляет громкость голоса.
— Я вынужден, иначе с тобой не договориться. Весь в тебя, папочка! — нахожу чем уколоть.
— Ладно, пришли мне счет с реквизитами больницы, я переведу деньги! Но это очень подло с твоей стороны, сын!
— Кто бы говорил… Спасибо, — выплюнул с легким отвращением и положил трубку.
Через пару минут отец вдруг перезванивает.
— Дай мне адрес твоей гостиницы, ты ведь наверняка где-то остановился. Я пришлю к тебе человека с документами. Сам будешь заниматься этим делом, не хочу голову себе забивать твоими проблемами!
— Это долго и муторно, а деньги мне нужны уже сейчас, — возмущаюсь в ответ.
— Деньги будут, я переведу их сегодня, но мне нужно оформить эту «благотворительность» документально. Я хочу, чтобы в бумагах исполнителем значился ты! — заявляет отец.
— Ладно. Адрес вышлю смской, — отключаюсь и иду в кабинет к заведующему. Не нравится мне все это, но все же высылаю ему смс…
Договариваюсь с завом о переводе отца Дианы в другую клинику, с лучшими условиями для реабилитации. Прошу оставить наш разговор втайне. Еду туда, чтобы взять у них счёт на оплату услуг. По дороге раздается звонок мобильного. Входящий от Дианы.
— Слушаю тебя, — ровно отвечаю.
— Ты где, уже скоро вечер, все в порядке? — спрашивает взволнованным и чуть осипшим голосом.
— Все в норме, я буду чуть позже, появились некоторые дела, не волнуйся, — отвечаю спокойным тоном. — Как приеду, все расскажу.
Рассказывать все я конечно же не собираюсь. Не могу раскрыть себя. Представить не могу как она отреагирует, если узнает всю правду… Поэтому и здесь пришлось договариваться с главным клиники, чтобы он скрыл от Дианы и е"e семьи информацию, кто именно финансирует лечение. Получив счет-фактуру, отправил её отцу по электронке. Все прошло гладко, деньги он перевел, как и обещал. Осталось только транспортировать Константина Григорьевича в клинику. Перевозку запланировали на завтра.
Вернувшись я снова направляюсь к палате, Диана и мама все еще там, ни на минуту не отходят от постели отца.
На этот раз вхожу. Увидев меня на лице девушки появляется улыбка. Она поднимается со стула и подходит ко мне.
— Все прошло хорошо, его задержали? — спрашивает вполголоса, чтобы не шуметь, и с надеждой смотрит прям в глаза.
Не хочу её разочаровывать, но приходится. — Нет… Он сбежал. В квартире погром, его вещей нет.
— Я почему-то не удивлена… Ну и чёрт с ним, главное, чтобы папа выкарабкался! — с раздражением произносить Диана. Обнимаю за плечи зарывшись лицом в её волосы.
— Давай выйдем, — отклонившись интригующе произносит она. Молча следую за девушкой в коридор.
— К нам заведующий заходил, сказал, что завтра отца переводят в одну из самых дорогих клиник Питера. С его слов, там людей вытаскивают и не из таких сложных ситуаций. Но у нас нет денег. Я спросила, как оплачивать все это, а он сказал, что финансирование будет поступать из какого-то благотворительного фонда.
— Это ведь замечательно. Что тебя так беспокоит? — прижимаю к себе и поглаживаю её по спине.
— Кому понадобилось платить такие огромные деньги чужому человеку? Сомневаюсь, что оплачивает фонд, мы никуда не обращались. Влад! — отклоняется и всматривается в мои глаза. — Ты не причастен к этому?
Опять приходится лгать. — Нет конечно. У меня нет таких больших денег, — невольно отвожу взгляд. Снова заключаю Диану в объятия.
— Уже поздно, предлагаю отвезти вас с матерью домой. Вам следует хорошенько выспаться, особенно твоей маме.
— Да ты прав. Подожди нас на улице, — выбирается из моих объятий и входит в палату.
Выхожу во двор и сажусь на лавку. Эх ты, Влад! Строить отношения на вранье очень плохая идея. Рано или поздно все равно придётся признаться. Словно током пробирает от этой мысли. Через несколько минут на выходе наконец появилась Диана и её мамой. Около десяти вечера мы прибыли в деревню. Не отпуская таксиста, я проводил женщин к дому.
