— Игорь… Он страшный человек. Ради того, чтобы вернуть тебя, готов пойти на что угодно! После неудачи, он меня избил… — заикаясь от слёз, выдавливает девушка. — Думал, что, когда застанешь Влада со мной, сразу кинешься в его объятия утешатся, но не вышло… И он как с цепи сорвался, — показывает синяки на плече, приспустив плечико платья.
— Ты заявила на него?
— Нет, я его боюсь! — вся дрожит.
— Вот и я не заявила, а следовало. Теперь жалею… Может ты еще и спала с ним?
Виновато утыкается взглядом в землю. — Всего один раз, прости… — чуть слышно срывается с её губ.
Вот дура! Я просто в шоке от её глупости.
— Зачем ты вообще с ним связалась? Он ненормальный, Вера! Я тебе кажется об этом говорила.
В голове мелькнула мысль е"e пожалеть, но я тут же отбросила дурное. Она того не стоит.
— Иди домой! Мне пора ехать к папе, который, к слову, оказался в больнице из-за моего благоверного, — с ненавистью в голосе.
— Я не знала… Прости меня, и не сердись на Влада. Он ни в чем не виноват, — встает и выходит за калитку.
Это я уже поняла.
Возвращаюсь в дом.
— Все в порядке? — с тревогой спрашивает мама.
— Нормально. Поехали к отцу, — стараюсь сохранять спокойствие.
По дороге в больницу включаю телефон. Как и ожидала куча пропущенных звонков, но на этот раз ни одного сообщения. Звонить ему даже стыдно. Нет, не могу… Подожду, может сам наберёт.
С собой взяла документы, после посещения отца, собираюсь ехать в ЗАГС, чтобы узнать по поводу развода.
Папа все еще не говорит, и не двигается, но уже стал улыбаться. Я пробыла у него почти три часа, после чего оставила с ним маму, а сама поехала решать свой насущный вопрос.
Как оказалось, на развод можно подать только вдвоем, по обоюдному согласию, если же один из супругов против, только через суд. Игорю звонить не решилась, не хочу, чтобы знал мой новый номер. Да и вряд ли согласится. Вынужденно обратилась в районный суд с заявлением на расторжение брака, приложила копии необходимых документов и оплатила госпошлину. Дальше тянуть некуда, хочу освободиться от этого мерзавца.
Через месяц будет заседание. Как бы дождаться и спокойно дожить, зная Игоря…
Весь день потратила на все эти мероприятия, к вечеру вернулась к папе. Мама целыми днями дежурит у его палаты, очень переживает за отца. Забрала е"e, и мы поехали домой.
Влад больше не звонил, и не писал… Видимо уехал, как я и просила. Тем лучше. Но почему тогда на душе так тяжко?! Так и тянется рука к телефону. Одёргиваю себя каждый раз, когда хочу ему набрать. Может зря?!
Скучаю по нему…
За ужином во всех подробностях рассказала матери, как со мной поступал бывший, как Влад меня неоднократно от него спасал. Стало легче. Скрывать все от не"e, держать в себе, было очень трудно.
Мама даже расплакалась, жалела меня. Как не разглядели в нём такого негодяя. Кто ж знал…
Вот и подошла к концу неделя, пора возвращаться в Москву, на работу. Мы с Владом так ни разу и не созванивались за эти дни, мне даже показалось, что он решил отступить. Может оно и к лучшему. Зачем мне сейчас отношения. Без них гораздо спокойнее жить.
Не хотелось уезжать, оставлять родителей. Попрощалась с отцом в больнице, а с мамой в аэропорту, она решила меня проводить. Плакали обе…
Перелёт прошёл хорошо. И вот я снова в Москве. Уже поздний воскресный вечер. Еду на съемную квартиру. Подхожу к подъезду, а там меня ждёт неприятный сюрприз…
Что здесь делает Эдуард?!
Мужчина сидит на лавочке с огромным букетом белых роз в руках… Видимо он ещё не понял, что у него нет шансов.
Услышав цоканье каблуков, он поднял голову и увидев меня сразу подорвался с лавки.
Уставшая с дороги, и немного расстроенная недавними событиями, я вовсе не горю желанием с ним общаться… Да и раньше не горела, он слишком идеален, с иголочки одет, дорогой автомобиль, а теперь ещё и цветы притащил… Это не для меня. Правильные ребята не моё. Хотя я его вообще не знаю, может он и не очень-то правильный. По крайней мере, со стороны кажется именно так.
Пытаюсь пройти мимо, сделав вид, что не узнала, но он решительно преграждает мне путь.
— Добрый вечер, Диана! — протягивает цветы и любезно улыбается.
Отстраняюсь, в попытке проигнорировать его презент. Не хочется мне от него ни цветов, ни внимания. Да и вообще все мысли только о Владе. Неужели так сильно его обидела, что он теперь даже разговаривать со мной не хочет…
— Вы меня преследуете, Эдуард? — отступаю на шаг назад.
— Нет… — опускает взгляд. — На самом деле всю эту неделю, каждый вечер вас жду. Вы куда-то уезжали?
— К родителям ездила, — холодно.
— Примите этот букет в знак нашей встречи, извел уже шесть таких, пожалейте хоть эти цветы, — уговаривает меня Эдик, снова протягивая розы, расплывшись в улыбке.
Как же не хочется брать их… Если приму, подумает, что даю шанс, а если нет, может обидеться. Что ему вообще от меня нужно?! Видно же, мужик не из бедных. Не буду его жалеть, скажу, как есть.
