– Так, – ответил Струан. Он был в ярости на себя за то, что угодил в ловушку Жэнь-гуа. – Откуда она у тебя?
– От моего отца.
– А он где ее взял?
– А где, ты думаешь, этот старый разбойник Жэнь-гуа так быстро откопал и зацапал в свои грязные лапы сорок лаков серебра, приятель? А? Конечно же, у своих старых партнеров. У тебя на борту десять лаков папиных денег. – Большой живот У Квока затрясся от хохота. – Налей его милости грогу, Скраггер. Он ему сейчас ох как нужен.
– У Фан Чой и Жэнь-гуа – партнеры? – спросил потрясенный Струан.
– В некотором роде, приятель. Мы охраняем его морскую торговлю от проклятых пиратов. Мы вроде как стражи моря. За услуги принято платить, дело справедливое, а? А мудрый человек деньги вкладывает с прибылью, а? Вот мы в него иногда и вкладываем. Чай, шелк, опиум. Взаймы даем. – У Квок обхватил свой живот руками, от смеха на глазах, превратившихся в узкие щелки, выступили слезы. – Так что теперь мы вроде как тоже партнеры, мы и Благородный Дом. Разве можно поместить деньги удачнее, скажи-ка, а, приятель?
– Назови свою «услугу», У Квок.
– Мы сначала выпьем за серебро и за твой йосс, тайпан. Потом поговорим.
– Он приказал повесить мальчишку, если пробудет на борту больше часа, – заметил Скраггер, наливая ром в три кружки. – А если ты поднимешь парус, тоже сказал, чтобы разнесли нас в щепки и вздернули парня.
– Час – это сколько, приятель?
– Достаточно долго.
У Квок стал жевать с задумчивым видом.
– Ты бы повесил мальчишку?
– А ты? – Струан достал свои часы и положил их на стол. – Ты использовал половину своего времени.
У Квок принял кружку от Скраггера и медленно начал пить. Струан почувствовал, как от напряжения зашевелились волоски у него на шее. До него доносились приглушенная китайская речь, поскрипывание бревен, звон и гудение ветра в натянутых тросах.
По палубе над их головами ударили первые капли дождя. У Квок взял зубочистку и почистил зубы, вежливо прикрывая рот ладонью. Дождь усилился.
– Услуга У Фан Чоя, – начал он. – В твоем флоте двадцать клиперов, верно?
– Девятнадцать.
– Девятнадцать. На каждый мы определим одного из наших ребят. Ты обучишь их как капитанов. Офицеров. Девятнадцать человек. Обучишь как надо. Чтобы таких капитанов ты и сам согласился взять. Пори их, протаскивай под килем – все, что хочешь, если они не будут подчиняться, – но только не убивать. На пять лет они твои, потом вернутся домой. Дальше, через год и один день нам нужен клипер. Как «Китайское облако». Мы заплатим серебром, во что он встанет. Ты даешь нам счета и все прочее, мы платим деньги. С пушками, парусами, оснасткой, как у «Китайского облака». Десять наших людей отправятся в Блайти смотреть, как он будет строиться, потом вернутся вместе с ним. Где и как мы заберем корабль, скажем позже – правильно, Скраггер?
– Верно.
– И последнее: мы дадим тебе сосунка – трех сосунков на выучку. Трех мальчиков, чтобы обучить их как денди. Лучшая школа в Лондоне. За любые деньги.
– Лучшая одежда, и коляски, и жилье, и жратва, – добавил Скраггер. – Чтобы как чертовых денди их воспитывали. Обращались соответственно. Оксфордский или Кембриджский университет. Да. Университет окончат, тогда домой.
– Это не одна услуга, – заметил Струан. – Это много услуг.
– Много, мало – услуга есть услуга, – злобно проговорил У Квок. – Клянусь Богом, это то, что мы просим! Может, я заберу десять лаков назад, да и остальные тридцать. Тогда куплю корабль. Деньги есть – что хочешь купишь, верно, приятель? Да, заберу лаки, может, и договорюсь с Одноглазым Дьяволом. Как его по имени?
– Брок, – сказал Скраггер.
– Ага, Брок. Договорюсь с Броком или с другим кем-то. Сделка есть сделка. Просто обучи людей. Один корабль. Честная просьба. Ты говоришь да или нет.
– Я заключу с тобой новую сделку. Забирай монету назад и, буду я на борту «Китайского облака» или нет, попробуй захватить все серебро, клянусь Господом!
– На горизонте две сотни кораблей. Я потеряю одну сотню, две сотни кораблей, ерунда. Я заберу лаки, тайпан. Я заберу лаки.
Струан взял со стола свою половину монеты и поднялся на ноги:
– Так ты согласен?
– Не согласен. Услуга – ты обещал услугу. Разве у тайпана Благородного Дома больше нет лица, хейа? Да или нет?
– Через тридцать дней вы приведете сто человек, среди них не будет ни одного, кого разыскивают мандарины за какое-либо преступление, и каждый из них должен уметь читать и писать. Из этой сотни я выберу девятнадцать, которые станут капитанами. И десять человек, которые будут наблюдать за постройкой судна. Потом вы передадите мне трех мальчиков.
– Слишком опасно, приятель, – сказал У Квок, – очень много народу. Верно, Скраггер?
– Нет, если мы соберем их, скажем, в Абердине. То, что он сам выберет, – это справедливо, вреда от этого не будет. А? Тайком, без шума?
У Квок некоторое время раздумывал:
– Согласен. Тридцать дней. Абердин.
– Я передам построенный клипер лично тебе или У Фан Чою – только вам, – сказал Струан. – Никому другому.
– Любому, кого я пошлю.
– Нет.
– Или мне, приятель? – вставил Скраггер.
– Нет. У Квоку или У Фан Чою. В открытом море.
