– Благодарствуйте. – Брок осушил бокал и снова протянул его Горацио. – Вот это здорово, напиток так напиток. Прекрасный у вас вкус, ваше превосходительство. А, что скажешь, Дирк, дружище?
– Я в самом деле должен сделать вам выговор, мистер Брок. С вашей стороны было непростительно говорить такие вещи. Лорд…
– Да, сэр, – ответил Брок, изображая искреннее раскаяние. – Вы были правы. Я действительно виноват. Нам всем повезло, что вы занимаете этот пост. Когда вы издадите постановление насчет свободного порта?
– Ну… э-э… тут мы пока можем не спешить. Сначала нужно разобраться с этими проклятыми анархистами.
– А почему не решить обе проблемы одновременно? – предложил Струан. – Сразу, как только вы вернетесь на Гонконг. Почему не дать нашим новым британским подданным – китайцам – право не отвечать за вину, если она не доказана. Высылайте их, но давайте не будем начинать с плетей и клейма. Это справедливо, а, Тайлер?
– Ну, раз ты так считаешь и его превосходительство согласны… – великодушно ответил Брок.
Такой торговли, как в этом году, он еще не видел. «Серая ведьма» уже давно в пути и пока держит первенство. Строительство в Счастливой Долине идет полным ходом. Между Струаном и Кулумом установилась открытая вражда. А теперь еще и Гонконг должен стать открытым портом. Да, Дирк, приятель, в упоении говорил он себе, ты еще на многое годишься. Хитрец ты хоть куда, ничего не скажешь. Свободный порт поправит все, что ты тут нагородил. А через пару годков наши пароходы сделают тебя банкротом.
– Да, – добавил он, – если вы оба согласны. Только скоро вам все равно придется и сечь, и клеймить.
– Я от души надеюсь, что нет, – сказал Лонгстафф. – Отвратительное это дело. Однако, как бы то ни было, закон должен действовать, а преступники – получать по заслугам. Прекрасное решение, джентльмены, проблема этих… как вы их называете, мистер Брок? Ах да, триады. В будущем мы так и будем называть их – триады. Горацио, подготовьте список иероглифов с названиями общества, которые передал нам Цзинсо, и мы обнародуем его вместе с постановлением. А сейчас запишите, пока я не забыл, следующее: «Все вышеперечисленные общества объявляются вне закона и в дальнейшем будут именоваться одним общим названием „триады“. Наказанием за принадлежность к триадам станет немедленная высылка и передача китайским властям. Виновные в подстрекательстве к открытому бунту против правительства ее британского величества – или против его величества императора Китая – будут повешены».
Деревня Абердин лежала, погруженная во мрак и тишину, свет полной луны размывал очертания лачуг во влажном воздухе. Улицы были пустынны, двери домов крепко заперты. В спокойной грязной воде у берега неподвижно застыли на привязи сотни сампанов. И хотя стояли они так же тесно, как и хижины, на них не было заметно никакого движения и оттуда не доносилось ни звука.
Струан ждал в условленном месте, сразу за деревней, там, где тропинка разветвлялась надвое, рядом с колодцем. Колодец был обложен камнями, и Струан пристроил на них три фонаря. Он был один, его золотые часы-луковица показывали, что назначенное время почти наступило. Он попытался угадать, откуда появятся У Квок и его люди: из деревни, из сампанов или со стороны пустынных холмов. Или с моря.
Он устремил в море пристальный взгляд. Его глаза не уловили никакого движения, только волны лениво перекатывались. Где-то там, в непроглядной тьме, двигался в крутой бейдевинд его клипер «Китайское облако» с командой, стоящей по боевым местам. Корабль находился слишком далеко, чтобы с него можно было наблюдать за Струаном, но достаточно близко, чтобы видеть зажженные фонари. Струан приказал, что, если фонари вдруг погаснут, команда должна сесть в лодки и высадиться на берег с мушкетами и абордажными саблями.
Приглушенные голоса тех нескольких матросов, которых он взял с собой, доносились с пляжа. Они ждали его у двух катеров и тоже следили за фонарями, вооруженные и готовые по первому знаку прийти ему на выручку. Он прислушался, но не смог разобрать, о чем они говорили. Я чувствовал бы себя спокойнее, будь я здесь один, сказал он себе. В таком деле мне вовсе ни к чему лишние пары глаз. Но высадиться на берег без охраны было бы верхом глупости. Хуже того, это означало бы испытывать свой йосс. Да. Струан замер. Тишину деревни нарушило ворчание собаки. Он прислушался и напряг зрение, пытаясь разглядеть в темноте движущиеся тени. Но не увидел ни одной и понял, что собака просто рыскала по улицам в поисках пищи. Он прислонился к колодцу и постарался расслабиться, довольный, что опять вернулся на остров. Успокоенный тем, что Мэй-мэй и дети находились теперь в безопасности в доме, который построили для них в Счастливой Долине.
Робб и Кулум очень толково распоряжались всем в его отсутствие. Небольшой дом с окружающей его стеной и крепкими воротами был закончен. Двести пятьдесят человек работали на его строительстве днем и ночью.
