– Я бы не простила, – твердо заявила она. – Особенно если бы была Самым Единственным Богом. Нет, нет и нет. И еще, тайпан. Как может Бог быть «троицей» и при этом иметь первого сына, который тоже Бог, который был рожден от живой женщины без помощи живого мужчины, которая потом стала Божьей Матерью? Вот этого я никак не пойму. Только не думай, тайпан: я такая же христианка, как все, клянусь Богом. Хейа?
У них было много таких бесед, и всякий раз он оказывался втянутым в спор, не имевший ни конца, ни начала. Он знал только, что есть один-единственный Бог, истинный Бог, и убеждался, что Мэй-мэй никогда этого не поймет. В те дни он надеялся, что, может быть, в свое время Он сам откроет ей Себя…
– Пожалуйста, тайпан, – повторила Мэй-мэй. – От одного маленького притворства никому не станет хуже. Я уже помолилась единственному Богу. Не забывай, что мы сейчас в Китае, и эта река – китайская.
– Но и пользы от этого никакой.
– Знаю. О да, тайпан, я знаю абсолютно. Но ведь я всего лишь двухлетняя христианка, поэтому ты и Бог должны быть терпеливы со мной. Он простит меня, – торжествующе закончила она.
– Ну хорошо, – согласился Струан.
Мэй-мэй спустилась вниз. Когда она вернулась, ее лицо и руки были чисто вымыты, а волосы заплетены. В руках она держала серебряный слиток, обернутый в бумагу. На бумаге были написаны китайские иероглифы.
– Это ты написала эти иероглифы?
– Да. Я отыскала внизу перо и тушь. Я написала здесь молитву морскому богу.
– О чем в ней говорится?
– «О великий, мудрый и могучий морской бог, в благодарность за этот неимоверно огромный дар – почти сто таэлей серебра, – пожалуйста, доставь нас целыми и невредимыми на варварский корабль под названием „Китайское облако“, принадлежащий моему варвару, а оттуда – на остров Гонконг, который варвары украли у нас».
– Мне не очень понравилась эта молитва, – сказал Струан. – В конце концов, девочка, это мое серебро, и мне не доставляет удовольствия, когда меня называют варваром.
– Это вежливая молитва, и она говорит правду. Это китайский морской бог. Для китайца ты варвар. Крайне важно говорить в молитвах правду. – Она осторожно спустилась по наклоненной палубе к левому борту и, с большим трудом удерживая тяжелый, завернутый в бумагу слиток на вытянутых руках, закрыла глаза и нараспев прочла написанное. Затем, по-прежнему не открывая глаз, она аккуратно развернула серебряный брусок, уронила бумагу в воду и быстрым движением спрятала серебро в складках своей куртки. Открыв глаза, она увидела, что волна от лорчи увлекает бумажный лист в глубину.
Крепко сжимая слиток, Мэй-мэй радостно вскарабкалась назад.
– Ну вот, теперь мы можем отдохнуть.
– Клянусь Господом, это обман! – взорвался Струан.
– Что?
– Ты не бросила серебро за борт.
– Чш-ш-ш-ш! Не так громко! Ты все испортишь! – Потом она зашептала: – Конечно нет. По-твоему, я совсем глупая?
– Я думал, ты хотела сделать подношение.
– Я только что его и сделала, – прошептала она, озадаченно глядя на Струана. – Ты же не думаешь, что я на самом деле способна бросить столько серебра в реку, ведь правда? Кровь Христова, я что, паршивая собака? Или сумасшедшая?
– Тогда зачем было затевать все…
– Ш-ш-ш-ш! – настойчиво шикнула на него Мэй-мэй. – Не так громко. Морской бог может тебя услышать.
– Но зачем притворяться, что ты роняешь серебро за борт? Это не подношение.
– Как перед Богом, тайпан, я тебя совсем не понимаю. Зачем богам может понадобиться настоящее серебро, хейа? Для чего они станут его использовать? Чтобы покупать настоящую одежду и настоящую еду? Боги есть боги, а китайцы есть китайцы. Я сделала подношение и сберегла твое серебро. Как перед Богом клянусь, варвары – странный народ.
И она пошла вниз, бормоча на языке родной провинции Сучжоу: «Словно я действительно могла бы уничтожить столько серебра! Разве я императрица, чтобы так швыряться серебром?» Эй-й-йа, вздохнула она, пробираясь узким коридором в трюм, даже императрица дьяволов не была бы столь глупа! Она положила слиток туда, где взяла его, и вернулась наверх.
Струан слышал, как она возвращается, все еще раздраженно бормоча что-то по-китайски себе под нос.
– Что ты там говоришь? – требовательно спросил он.
– Разве я сумасшедшая, чтобы вот так взять и выбросить столько заработанных тяжелым трудом денег? Разве я варвар? Разве я транжира…
– Хорошо. Но я все же не понимаю, почему ты уверена, что морской бог ответит на твои молитвы, когда его с такой очевидностью надули. Вся эта затея – фантастическая глупость.
– Нельзя говорить такие вещи так громко, – нахмурилась она. – Он получил подношение. Теперь он защитит нас. – Она упрямо тряхнула головой. – Боги как люди. Они поверят во что угодно, если сказать им это сразу, не задумываясь. – Потом добавила: – Может быть, этот бог вообще куда-нибудь отлучился и все равно не станет нам помогать. И мы утонем, ладно.
– Тогда еще один вопрос, – непреклонно продолжал Струан. – Почему мы должны говорить шепотом, а? Ведь это китайский морской бог. Как, черт его возьми, может он понимать по-английски, хейа?!
