— Если заставил противника следовать своему плану, но он все равно побеждает, значит это его план. Чужой же план необходимо разрушить, быстро и действенно, а значит…
Два быстрых шага в сторону стола Юнь сделал, пока Цурума еще пытался осмыслить услышанное. Нефритовая доска, разделенная десятками линий, взметнулась в руке генерала. Крошечные фигурки, каждая из которых была искуснейшей работой настоящего мастера, полетели на дорогой ковер, устилавший пол. Острый каменный угол ударил Гэня в висок, кровь брызнула совсем несильно, но вассал Нефритового трона тут же беззвучно повалился на бок. Никто из телохранителей Манчи так и не пошевелился.
— Пришла пора сыграть без правил, а это моя любимая игра.
Древний Циндао приветствовал армию Таури распахнутыми воротами и ликующей многоцветной толпой, забившей все дворы и переулки, выходившие на главную улицу, спиралью взмывавшей вверх к замковому комплексу Юэ–сэн. Въезд тайпэна Ваня был встречен чжу громогласным ликованием, в воздухе рвались красные и синие фейерверки, а под ноги боевого коня императорского вассала летели целые охапки цветов. Появление Ханя было отмечено куда скромнее, и хотя общее настроение собравшихся не изменилось, шума стало заметно меньше, а спину Ли и его сопровождавшим сверлил не один напряженный взгляд. Впрочем, дело пока ограничилось только лишь этим.
— Миленько, — хмыкнула Фуёко, с привычной своей непосредственностью оглядываясь по сторонам и совершенно не смущаясь реакции окружающих.
— Только у меня одной плохое предчувствие? — спросила Таката, рассматривая толпу из–под низко надвинутого капюшона плаща. — Или я подхватила чью–то чужую паранойю?
— Похоже, что мою, — хмуро ответил Удей. — Не хочу никого пугать, но нам здесь явно не рады, и, ставлю Золотой Дворец против ослиного уха, объяснять, почему это так, никому не потребуется.
— А что, давно было пора сменить обстановку, а то это всеобщее уважение и преклонение как–то стало надоедать. Ты не находишь? — обратилась к тайпэну лиса–перевертыш.
Хань предпочел отмолчаться.
— Ну, хоть кому–то происходящее доставляет удовольствие, — хмыкнул тидань.
— Мазохистка, — проворчала къёкецуки.
— Совсем чуть–чуть, — сверкнула в ответ хищной улыбкой Фуёко.
— Плохая кумицо.
Вместе с командующими и штабами в столицу провинции вошли только две тысячи солдат пехоты, для которых хватило бы место в городских казармах. Все остальные войска расположились на месте бывшего лагеря юнь. Вторая армия генерала Манчи не стала дожидаться появления имперских сил у себя в тылу и, без лишней спешки свернув осаду, не торопясь отступила в северные районы Хэйдань, объединившись с войсками главнокомандующего. Никакого значительного урона Циндао и остальной провинции, кроме начисто разоренной Долины Котлов, южные захватчики причинить не успели. Оставшись практически без артиллерийского парка еще в самом начале осады, юнь так и не сумели организовать ни одного серьезного штурма, а взять измором главный оплот Чжу у них не было ни единого шанса.
Тайпэн Ши Гхань из рода Юэ, глава прославленной семьи и прямой потомок легендарного монаха–царя, встречал гостей в просторном дворе внутренней крепости в окружении родовых воинов и советников, многие из которых носили ту же фамилию, что и вассал Императора. Под его вишневым суо с одиноким символом клана, вышитым с левой стороны груди, блестели звенья сплошной «пластинчатой» кольчуги из лучшей имперской стали, превосходившей по мнению многих мастеров даже легендарное небесное железо. Густая борода, короткая и иссиня–черная, как и волосы на голове у тайпэна, украшала его лицо вместо привычных длинных усов и придавала полководцу особенно грозный вид. Тяжелый меч, очертания эфеса которого были Ханю болезненно знакомы, покоился в ножнах на поясе Ши. Поскольку холодный прием горожан и воспоминания об их первой встрече с Кара Сунем на берегах Арударьи уже в некоторой степени подготовил Ли к этому моменту, безразличие на грани ненависти, сквозившее в голосе и взгляде, тайпэна Гханя ничуть не удивили бывшего дзи.
— Циндао счастлив приветствовать в своих стенах истинных слуг Нефритового престола, — Васато удостоился от Ши положенной этикетом вежливой улыбки, Ханю достался лишь протокольный полупоклон. — От лица жителей и членов своей семьи, я благодарю вас за своевременное появление в Чжу в этот тяжелый для Империи час. Закатная армия моего брата Кара Суня уже достигла границы с Нееро, его первый ертаул прибыл всего за час до вашего появления. Уже вскоре мы сможем обсудить дальнейшие планы и получить необходимые разъяснения из столицы. Пока же позвольте считать вас и всех ваших воинов нашими гостями. Дзито Гао Юэ, мой племянник, позаботится обо всех вопросах с вашим размещением и пребыванием.
