Однако, когда парочка села за стол и они сделали заказ, Артему все стало ясно и без объяснений. То, как Саитов смотрел на Настю, не давало и малейших сомнений в его откровенном интересе. О дружбе речь очевидно не шла. Очень нехороший такой взгляд и он, конечно, не мог понравиться Артему, впрочем, как и само их здесь нахождение. И последующие полчаса он помимо воли наблюдал за ними, хотя и умудрялся при этом и в своей компании поддерживать беседу. Даже смеялся и шутил, хотя весело ему точно не было. Настя сидела к нему почти спиной, и хорошенько ее лицо он не мог разглядеть, но то, как девушка напряжена, заметить не составило труда. Сдержанность была во всем. Минимум лишних движений, и то, довольно скованных, и также дело обстояло с эмоциями. Ему даже показалось, что она выглядела как то взрослее, чем обычно.
Настя слушала своего собеседника, а сама почти все время молчала, иногда поднося ко рту чашку и делая очередной глоток. Тарелка с пирожным оставалась нетронутой. Правда иногда девушка все же что-то отвечала, ограничиваясь парой фраз, а еще почему то отворачивалась при этом или опускала голову, вроде как предвидя реакцию собеседника на свои слова. Саитов, лицо которого Артем как раз хорошо видел, не спускал с нее цепкого взгляда и при этом что-то говорил. И даже иногда улыбался, хотя улыбка ему шла также, как корове седло, да и особо искренне не выглядела. Так что зря он на нее рассчитывал. И было видно, что то, как складывался разговор, ему не нравилось, потому как частенько недовольно кривился, чуть прищуривая глаза, когда вероятно собеседница с ним не соглашалась. Артем даже пару раз заметил, как желваки заходили на его лице. Однако, несмотря на нетерпение, сквозившее в каждом жесте, черты не переходил и продолжал что то объяснять и вроде как, судя по мимике и напору, упорно доказывать. А в Артеме помимо воли закипала злость. Он вроде как и не имел права предъявлять Насте никаких претензий, не настолько они еще были близки, но заглушить в себе нехорошее чувство не мог. Лучше бы и не видел вовсе, и зачем только в это кафе поперся. Непонятная досада все больше охватывала его. Хотя и понимал, что это страусиная позиция. Ну увидел и что с того. В конце концов, объяснений этой встрече могло быть много. Можно же просто поговорить и все обязательно выяснится. Ведь сам всегда осуждал, если кого то огульно обвиняли.
Между тем, его друзьям сидеть в кафе, по-видимому, надоело и они решили, что пора переместиться на пляж. Расплатившись, все отправились на выход. Артем шел последним и помимо воли, когда проходил мимо столика, где сидела Настя, повернул голову и посмотрел на нее. Девушка, как будто, почувствовав его взгляд, подняла голову и встретилась с ним глазами. В них тут же промелькнуло удивление, почти сразу сменившееся радостью. Она улыбнулась, казалось, забыв о своем собеседнике и даже вроде как собиралась что то сказать или просто поздороваться. Но Артем не поддержал ее настроения. Его лицо оставалось хмурым и в нем без труда читалось обвинение. Отвернувшись, он прошел к выходу, не оглядываясь. Только крепче вцепился в ремешок сумки, перекинутой через плечо. Понимал конечно, что ведет себя по-детски, но ничего поделать с собой не мог. Какое-то ранее незнакомое чувство зарождалось в нем, и он даже не подозревал пока, что это банальная ревность.
А когда вышел на улицу, вдруг неожиданно отстал от своих. Заметив это, ребята обернулись.
- Эй, ты чего? – позвал один из друзей.
- Ребят, вы идите, я тут вспомнил, у меня дела… - Врать друзьям не хотелось, но и понимал, что ему сейчас не до веселья.
- Да ты чего, мы же собирались целый день тусить. А то потом пропадешь там на своей автомойке.
- Бросьте, еще увидимся, - заверил Артем и, подняв ладонь, развернулся и направился в противоположную сторону. Однако, зайдя за дом, резко развернулся и спрятался за деревом. Господи, он и сам понимал, что ведет себя глупо, да что говорить, как полный дебил. Но ничего поделать с собой не мог.
Прошло наверное минут двадцать и интересующая его парочка, наконец то, вышла из кафе. Саитов с Настей остановились возле машины. Он распахнул перед ней дверь, а она сначала вроде как отказывалась садиться и даже отрицательно головой повернула, но он что то сказал и, по-видимому, девушка сдалась и все же села, хотя и ненадолго замешкалась при этом. Да уж ее кавалер, без сомнения, обладал настойчивостью и даром убеждения. Через минуту перед входом в кафе стало пусто, также как в душе у Артема. Некстати вспомнил слова одноклассницы Насти, Светы кажется, что мол зря он время теряет и что у нее парень есть. Получается, действительно не обманула.
Домой пришел совсем без настроения. Отказавшись от обеда, быстро прошел мимом бабушки и, оказавшись в своей комнате, тут же бросился ничком на постель. Наступила апатия. Двигаться и размышлять совсем не хотелось. А перед глазами все время стояла картинка, как Настя садится в машину. Так незаметно и уснул. Но поспать долго не удалось, разбудил звонок в дверь. А потом раздался голос бабушки: