- Давай, садись за стол. Ведь мы с тобой так и не выпили за твой День рождения, - произнесла она ласково и разлила шампанское по бокалам. Как же тяжело было видеть дочь в таком состоянии. Но Настя все же постаралась собраться и взяла в руки бокал.
- За тебя доченька. Будь счастлива.
- Спасибо, мама.
Они выпили, но к еде не притронулись. Время было позднее и сил уже ни на что не было. А потом мама спохватилась.
- А давай чаю попьем, у меня же торт есть.
Дочь только на это кивнула. Мама вернулась из кухни и они действительно принялись пить чай с тортом.
- Ты знаешь, мам, мне кажется, Тимур неплохой человек, - неожиданно и как то задумчиво заявила Настя.
Мать пристально посмотрела на нее, гадая, почему она это произнесла.
- Ну, в общем да. Конечно, он нам сильно помог…, – ответила она, в свою очередь, достаточно осторожно и старательно подбирая слова.
- Да, сильно помог, - согласилась дочь задумчиво и смотрела куда то при этом в сторону, будто размышляя о чем то своем. – И знаешь, я уверена, он никогда не будет попрекать меня моим происхождением.
Нина Алексеевна явно растерялась от такого заявления, но возражать даже в голову не пришло, только произнесла как то очень настойчиво:
- Тебе жить доченька. Только об одном прошу, не принимай поспешных решений. Иногда они могут дорого стоить. Поверь мне.
Но потом все эти переживания отступили на второй план. Слава к их огромной радости наконец поправился. Еще до конца не веря в происходящее, они собирали документы для отъезда в Германию. Действительно, Настя пока так еще и не пришла в себя после того, как врач наконец сказал, что они могут ехать. Это казалось сказкой, чем-то нереальным. Они прибывали словно во сне. Настя правда оставалась дома, мама настояла. Ей надо было учиться и закончить школу. А Нина Алексеевна собиралась уехать со Славой на два месяца. На такой срок ее с работы отпустили. Ну а потом, когда маме надо будет вернуться, Настя обязательно сменит ее. А в школе непременно наверстает. Это все мелочи. Никто из них ни на секунду не сомневался, что все будет хорошо и все не напрасно. Трудности совсем не пугали.
Жизнь закрутила, завертела. Вздохнуть некогда было. На самом деле, бумаг пришлось множество собрать, да еще загранпаспорта с визами оформить. И минуты свободной не оставалось. Когда возвращались вечером домой, ни рук ни ног не чувствовали. Тем более, Настя продолжала мыть подъезды вместо мамы. Правда, Тимур об этом ничего не знал, иначе вряд ли бы одобрил. Но в остальном, конечно помощь Саитова была очень кстати. Да что говорить, в данной ситуации они были обязаны ему всем. Не помоги он, и ничего не случилось бы. Ни о какой операции в ближайшее время даже мечтать нельзя было. И мама и дочь хорошо это понимали, хотя так ни разу и не поговорили больше о взаимоотношениях Насти и Саитова. Какой смысл? Зачем лишний раз причинять боль друг другу. Правда была на поверхности, к чему ворошить то, на что невозможно повлиять или изменить. У них оставался один шанс и упустить его никак нельзя было. Гордость для них в данный момент оказалась непозволительной роскошью.
Потом все же им удалось получить помощь и от благотворительного фонда, но это также заслуга Саитова. И Настя была ему очень за все благодарна, а если точнее, безмерно. А мама чуть ли не молилась на него. Разве может что-нибудь сравниться с пусть даже только лишь надеждой на возможность брата снова ходить. Точно ничего. А Саитов подарил им эту возможность. И они ее обязательно используют, все силы приложат.
А Тимур был всегда рядом, готовый в любой момент прийти на помощь, переоценить которую трудно, почти невозможно. И вел при этом себя так, будто между ними все уже давно ясно и все решено. Вопрос, как говорится, времени. Разве что в их квартире не поселился, хотя вел себя там почти по-хозяйски. Даже продукты привозил. И наверное был прав, а как иначе… Правда дальше поцелуев в их отношениях ничего не сдвинулось, но Настя хорошо понимала, что так долго продолжаться не могло. Он взрослый человек и конечно, поцелуев ему было явно недостаточно. Пугало ли ее это? Да, конечно, без всякого сомнения.