- Я приняла решение и оно окончательное. Прошу, уезжай! – Почти выкрикнула она решительно и с этими словами, развернувшись, почти чеканя шаг и, ни разу не оглянувшись, хотя ей этого очень хотелось, направилась к машине мужа. Хотя и успела заметить, как желваки заходили на лице Артема… Но сейчас особо думать об этом не могла. Все, она выдохлась. Сил больше ни на что не осталось. Тимур убрал пистолет и сел за руль. Он был само напряжение. В машине повисло молчание. Казалось, сейчас больше никого вокруг не было. Только они одни. Очевидно, Тимур не ожидал, что она вот так просто вернется.
Настя словно сквозь туман увидела, как Артем, постояв какое-то время, словно надеясь, что она передумает, потом все-таки развернулся и сел в машину. У нее сжалось сердце от его поникшего вида. Вероятно, она была слишком убедительна. И вроде он конечно не был перед ней виноват, но по его глазам Настя видела, что он, также, как когда то, снова поверил в ее предательство. А уже через минуту, дорога перед ними была свободна. Машина тронулась, а люди Саитова следовали за ними. Вот и все. Когда ее сегодня привезли с завязанными глазами какие то головорезы в незнакомое место, да еще угрожали, она конечно сильно испугалась, но то, что произошло сейчас, оказалось намного страшнее. Там у нее была надежда, а теперь, казалось, ее вовсе не было…
Тимур привез ее в тот самый загородный дом, где она не так давно была с братом. Но сейчас все было по-другому. Он был буквально напичкан охраной и представлялся ей тюрьмой, в которую она попала почти добровольно. И перед глазами были уже совсем другие картинки. И сомнения вдруг проснулись. А может надо было просто сделать несколько шагов и ничего не бояться…
Настя, оказавшись в спальне, почти сползла по стенке на пол. Сдерживать себя больше не было никаких сил. Ее душили рыдания, и останавливать их она даже не думала. Все, что накопилось в ней за последнее время, все ее страхи, сомнения и надежды, все это с горькими слезами выплескивалось наружу. А Тимур стоял рядом, оперевшись о косяк, и был в этой ситуации абсолютно бессилен. И даже его сердце дрогнуло. Казалось, он готов был отпустить Настю прямо сейчас. Но принял промежуточное решение. Пусть она немного успокоится, а завтра они непременно поговорят. Он и сам не верил, что готов сдаться…
А на следующий день, едва проснувшись, Настя позвонила в больницу и, записавшись на прием к своему врачу, попросила отвезти ее. Он конечно сразу стал расспрашивать о самочувствии. Но Настя молчала. Она казалось вообще не желала с ним разговаривать. Тимур конечно отвез ее и, долго стоя под дверью кабинета, куда она зашла, сильно переживал. А потом терпеливо ходил за ней по коридорам больницы, пока она сдавала анализы. Но так и отвез Настю домой, ничего не выведав. Однако, разве когда-нибудь Тимур отступал. Он просто принял единственно верное решение и вернулся обратно. Пациентов у нужного ему врача не наблюдалось, так что им никто не мог помешать поговорить.
А когда через некоторое время вышел из кабинета, чувствовал себя опрокинутым и, что никогда не случалось в его жизни, подавленным. Настя была беременной. И судя по сроку, от него. Судя по всему, то свидание, полное ненависти и жестокости, не прошло даром. Но дело было даже не в сроке и не в его догадках. Абсолютная уверенность, что ребенок Тимура была еще и от того, что Настя собиралась делать аборт. Будь иначе, она бы никогда на такое не пошла.
Тимур кое-как добрался до машины, но когда оказался за рулем, никак не решался сдвинуться с места. Так и сидел, обхватив руль словно в оцепенении. А потом, с трудом вспомнив, где у него сигареты, закурил. Он всегда знал, что его жена не любит его, но не предполагал насколько. Да судя по тому, на что она решилась, Настя его просто ненавидела. Настолько, что даже хотела избавиться от ребенка. И осознание этого было для него страшнее всего. Ну надо же. Ничего и никого в жизни не боялся, а тут испугался. Да, когда она приехала к нему на свидание, он совершил подлость. Тимур это признавал. Едва узнав об измене, совсем с катушек слетел. Да что говорить, он тогда и убить готов был… Но оказалось, что все намного хуже. В ее глазах он был не лучше насильника. От таких не рожают детей. Он для нее мразь последняя…
Заметив, что руки дрожат, он выбросил недокуренную сигарету и наконец тронулся с места. Но поехал не домой, куда привез Настю, а на квартиру. Сегодня он не сможет ей в глаза смотреть. Да и сорваться боялся. Слишком много событий произошло всего за каких-то пару дней, и нервы ни к черту. Вернее, от них совсем ничего не осталось. Надо успокоиться, а завтра он все решит. Хотя, что тут решать… Он конечно мог запереть Настю в доме на все девять месяцев, вернее, на оставшиеся шесть. Кто бы ему помешал. Только что потом…? Разве его целью было, чтобы она его еще больше возненавидела? Хотя, куда уж больше. Нет, сейчас он хотел, чтобы она сама приняла решение…