– Хм… Уверена, ты с этим разберешься. – Щелкает чайник, и она наливает себе чая. – Хотите еще по чашке? – Пенни протягивает свою, а ее мама берет и мою. – В твоем возрасте у меня были подружки, и самая лучшая – Люси… – Она смеется, будто что-то вспомнила. – Мы были не разлей вода.
– Вы до сих пор дружите? – спрашиваю я.
Она опускает чашки и поднимает на меня взгляд, будто до этого лишь вскользь обращала внимание на наш разговор.
– Наверное, дружили бы, если бы она не исчезла. Она уехала в Америку через несколько лет после окончания школы. Потом мы практически не виделись.
– Почему? – спрашивает Пенни.
– Мне не нравился ее парень.
– Почему? – спрашивает Пенни.
Боже, ее родители должно быть слышали этот вопрос сто тысяч раз.
– Мне казалось, он слишком любит все контролировать.
– Поэтому она уехала в Америку?
– Кажется, она уехала, когда они расстались. – Профессор Банс выглядит так, будто обдумывает последующие слова. – Вообще-то… Люси встречалась с Магом.
– У Мага была девушка? – удивленно спрашивает Пенни.
– Тогда мы не звали его Магом, – говорит ее мама. – Мы звали его Дэйви.
– У Мага была девушка, – вытаращив глаза, повторяет Пенни. – А еще имя! Мам, я не знала, что ты училась вместе с Магом! – (Профессор Банс отпивает чая и пожимает плечами.) – Каким он был? – спрашивает Пенни.
– Таким же, как и сейчас. Только моложе.
– Он был симпатичным? – спрашиваю я.
– Не знаю. – Она строит гримасу. – Как думаете, он симпатичный сейчас?
– О нет, – говорит Пенни.
– Да! – одновременно отвечаю я.
– Да, он был симпатичным, – признает профессор Банс, – и по-своему харизматичным. Люси была у него под каблуком. Она считала его прогрессивным мыслителем.
– Мам, признайся, что таким он и был, – говорит Пенни.
Профессор Банс снова морщится:
– Ему всегда хотелось поступать по-своему. У Дэйви все было либо белым, либо черным. А если Люси не соглашалась… Что ж, Люси всегда соглашалась. Она растворилась в нем.
– Дэйви, – говорит Пенелопа. – Это так странно.
– Какой была Люси? – спрашиваю я.
Мама Пенни улыбается:
– Очень умной. И могущественной! – На этом слове ее глаза искрятся. – И сильной. Насколько я помню, она играла с парнями в регби. Как-то раз мне прямо на поле пришлось собирать по кусочкам ее ключицу – безумие. Она была девушкой из провинции, с широкими плечами и волосами пшеничного цвета, а еще у нее были самые голубые глаза на свете…
На кухню неспешно заходит отец Пенни.
– Папа! – восклицает Пенни. – А теперь-то мы можем поговорить?
Второй профессор Банс плетется к чайнику и нажимает на кнопку. Мама Пенни выключает его и несет набрать воды, а муж целует ее в лоб:
– Умница, любимая!
– Папа! – повторяет Пенни.
– Ага…
Он роется в холодильнике. Профессор Банс – щупленький мужчина, ниже ростом, чем мама Пенни. С седоватыми светлыми волосами и большим мясистым носом. Он носит старомодные круглые очки в металлической оправе, которые заводит наверх. Все в семье Пенни носят старомодные очки.
Об отце Пенни ходят сплетни, что он даже вполовину не такой сильный, как его жена. Мама говорит, что он попал в Уотфорд, потому что раньше там преподавал его отец. Мать Пенни – сноб во всем, что касается силы, поэтому трудно представить, что она вышла замуж за неудачника.
– Пап, помнишь? Мне нужно с тобой поговорить.
Он берет два йогурта, апельсин, пачку крекеров со вкусом креветок. Потом прихватывает имбирную девочку и замечает меня:
– Агата, привет.
– Здравствуйте, профессор Банс.
– Мартин, – говорит он, уходя с кухни. – Зови меня Мартин.
– Пап!
– Да, Пенни, поднимайся наверх… и захвати, пожалуйста, мой чай.
Она дожидается чая, потом берет еще имбирных человечков – печенье поглощают быстрее, чем я успеваю его украсить, – и следует за ним наверх.
– Почему они расстались? – спрашиваю я у профессора Банс, когда Пенни с отцом исчезают из виду.
Она смотрит в ноутбук, замерев с чашкой чая в руке.
– Хм?
– Люси и Дэйви.
– А… не знаю даже, – говорит она. – К тому времени мы перестали общаться. Наверное, она наконец поняла, что он негодяй и нужно уехать за океан, подальше от него. Можешь себе представить Мага в качестве бывшего парня? Он же вездесущий.
– Откуда вы узнали, что она уехала?
Профессор Банс выглядит печальной.
– Ее мать мне так сказала.
– Интересно, почему Маг больше никогда ни с кем не встречался…
– Кто знает, – говорит профессор Банс, отрываясь от воспоминаний и переводя взгляд на ноутбук. – Может, у него есть тайные девушки среди нормалов.
– А может, он действительно любил Люси и так и не смог ее забыть.
– Может быть, – отвечает профессор Банс, уже не так увлеченно.
Несколько секунд она печатает на клавиатуре, потом поднимает взгляд на меня:
– Я вдруг вспомнила кое-что давно забытое. Подожди здесь.
Мама Пенелопы выходит с кухни, и мне кажется, что она уже не вернется. Иногда Бансы так поступают.
Однако она возвращается, держа в руках фотографию:
– Ее сделал Мартин.
