Основные революционные кадры черпались с завода «Дека» и Екатерининских мастерских. С первых дней февральской революции не было ни одного дня, чтобы где-нибудь не проходили митинги, ожесточенные дискуссии между эсерами, большевиками, меньшевиками, анархистами. Они затягивались до глубокой ночи и заканчивались, порой тем, что иного оратора, так и не найдя убедительных аргументов, просто стаскивали с трибуны и выволакивали из зала, что, однако не мешало ему упрямо лезть обратно на трибуну, чтобы закончить свою мысль.
Обычно эти митинги и собрания проходили в помещениях Земской управы и Народного дома, а вообще-то использовались любые мало-мальски пригодные помещения, в том числе и заводские цеха. И не было ни одного вечера, чтобы я не был на этих собраниях.
Время было горячее, революционное. Выступления меньшевиков, эсеров, анархистов носили глубокомысленный характер, были насыщены непонятными большинству аудитории словами. Ведь многие из них были юристами, имели высшее образование. Зато выступления большевиков, как правило, были доступными, выражали чаяния простого народа и воспринимались рабочей аудиторией с большим интересом, пониманием и сочувствием. Стоило после штатного оратора – меньшевика выступить большевику, как меньшевика под свист и улюлюканье провожали из зала, а особо ретивым, бывало, и под бока поддадут. Поэтому меньшевики обычно очень не любили выступать на заводах, а узнав, что после них должен выступать большевик, часто отказывались от выступления.
Подавляющее большинство рабочих и крестьян в то время было безграмотно, не умели толком читать и писать, у многих за плечами было всего 2 класса народной школы и, как тогда говорили, "все коридоры всех гимназий". Поэтому теоретические тонкости меньшевиков и анархистов простому народу были малопонятны, а вот когда выступал большевик, его речь выслушивалась всегда с большим вниманием. Это объяснялось тем, что от большевиков выступал, как правило, рабочий, которого хорошо знали. Он говорил простым и понятным нам языком и всё, о чем он говорил и заботился, было нашим кровным.
Кроме того, большевики никогда не обещали золотых гор, говорили правдиво и предупреждали о предстоящей тяжелой борьбе и лишениях. И это тоже было понятно: – за счастье народа надо бороться.
Характерно, что всем выступающим на митингах и собраниях приходилось строить свою речь экспромтом. Ни у кого не было заранее подготовленного теста доклада, в лучшем случае – клочок бумажки с наскоро набросанными тезисами. Но как же слушали такого выступающего, с каким вниманием и интересом!
И вот сейчас, когда я пишу эти строки, приходят на ум выступления современных ораторов на разного рода собраниях или по телевидению. Читает такой оратор доклад по кем-то написанному тексту, запинается и чувствуется, что ему самому тошно, потому что и он и его слушатели все это и так знают, но поскольку он такое задание получил, то исполняет его до конца. А слушатели, коль скоро их обязали, высиживают, с трудом удерживаясь от того, чтобы не уснуть.
И так, впустую, люди тратят массу времени вместо того, чтобы использовать его для дела. Как это отличается от той революционной обстановки, о которой я вспоминаю!
В 1917 году в стране свершилась Октябрьская социалистическая революция и была установлена Советская власть. Этим событиям посвящено огромное количество исследований и публикаций, поэтому нет никакого смысла здесь на них останавливаться. Я коснусь лишь тех событий, участником которых мне пришлось быть самому.
В наступившем 1918 году положение Советской власти становилось критическим. В стране царила разруха, предприятия не работали или работали нестабильно. Во многих регионах начался голод. В довершение всех бед на молодую Советскую республику обрушились войска немецких, французских, английских, американских, японских интервентов. Кроме того, под руководством генералов Деникина и Колчака, барона Врангеля и белополяков было развернуто широкое наступление на всех фронтах с целью окончательного подавления власти рабочих и крестьян. Интервенты и белогвардейские войска были хорошо экипированы и вооружены новейшим по тем временам оружием. Противостояли же им разрозненные революционные части рабочих, солдат и крестьян, не располагавшие ни необходимой амуницией, ни оружием. И, несмотря на это, Советская власть устояла.
Для отпора контрреволюционным силам начали создаваться регулярные части Красной Армии. Были организованы краткосрочные курсы красных командиров. В Красную Армию начали привлекаться военные специалисты, служившие в царской армии и выразившие добровольное согласие защищать народную власть. Начали создаваться добровольческие отряды Красной Армии, в которые отбирались члены партии большевиков, рабочие и крестьяне, желавшие встать на защиту власти Советов.
