Останавливаюсь в нескольких шагах напротив. Молчу.
— А я думал, сдрейфишь, — чуть склоняется в мою сторону и почти шепчет.
— Я сдержала слово, — страх внутри, но на лице ни единой эмоции. Только холодно жутко. — Отпусти их.
— Даже не знаю, — ушлёпок прикладывает указательный палец к губе.
— Чего тебе надо? Поглумиться надо мной? — делаю шаг вперёд. Не страшно. — Так давай, глумись. Но Лёньку и Риту отпусти. Они тут не при чём.
Ян меняется в лице, резко становясь серьёзным. Я прям долбаная героиня.
— И ты сейчас без возражений сядешь со мной в машину и поедешь, куда я пожелаю?
— Поеду, — голос ровный, даже не дрогнул.
Он несколько секунд разглядывает меня, о чём-то думает, а затем просто выдаёт:
— Ладно, лягушка… —
Достаёт сотовый, набирает чей-то номер. Отходит в сторону, долго с кем-то говорит, а затем возвращается с выражением полного триумфа.
— Через несколько минут твои драгоценные друзья уже будут дома кутаться в тёплых кроватках. Я даже приказал, чтобы их подвезли. Видишь, какой я добрый.
— Рада за тебя, — хмурюсь. Не верю ни единому его слову, и он читает это на моём лице:
— Можешь им позвонить.
— Разрешаешь?
Широкая улыбка:
— Конечно.
Достаю мобильный, не отрывая от парня пристального взгляда, набираю Лёньку, он отвечает почти сразу:
— Алён… ты что сделала?
— Ритка с тобой? — не утруждаю себя ответом. Незачем им знать.
— Да, она тут рядом…
— Это Алёна? — слышу встревоженный голос подруги.
Лёнька видимо утвердительно кивает и возвращается ко мне:
— Меня внезапно отпустили. Припёрлись какие-то бугаи, что-то сказали ментам и просто забрали меня из отделения… Им даже никто препятствовать не стал. Ритка уже была в машине. Сейчас, кажется, везут домой. Алён, что происходит? Рита сказала, что была с Яном и… ты ему звонила.
— Как приедете, отзвонись, — сбрасываю вызов.
— Довольна? — интересуется Ян.
— До смерти, — огрызаюсь в ответ, но не двигаюсь с места. Я правда собралась с ним ехать?
Парень подходит к двери переднего пассажирского места, распахивает её передо мной, приглашает простым кивком.
Колеблюсь.
Конечно, поеду.
Сажусь в эту грёбаную машину, дверь захлопывается. Пристегиваю ремень безопасности. Ян обходит «мерседес», садится на водительское место, поворачивает ключ зажигания.
— Вот видишь, как всё просто, — зачем-то говорит он. — Нужно было только попросить.
Ничего не отвечаю, отворачиваюсь, чуть сползаю вниз, прижимаюсь виском к боковому стеклу и складываю руки на груди. Твою же ш… На что я в очередной раз подписалась? Приходит запоздалое чувство страха, но уже за себя. Просыпается разум и осознание всей щекотливости ситуации. Согласилась! Я сама согласилась, но выбора-то у меня не было… Или всё же был? Дрожь охватывает всё тело от кончиков волос до пяток, к горлу покатывает противный вязкий ком, но я не даю и звуку сорваться с губ.
Ян не дожидается моего ответа, просто выжимает сцепление, даёт чуть газу и медленно едет к дороге.
Сорок с лишним мучительных минут, и вот мы в элитном квартале города. Вокруг сплошь и рядом красивые высотки, огороженные коваными заборами. Краем глаза замечаю прогуливающуюся по периметру охрану. Капец, впечатление словно попала в другой мир. Раньше я не то, что смотреть в эту сторону боялась, вообще старалась обходить подобные места стороной. Словно тут рассадник зла, больных фанатиков и любителей ритуальных жертвоприношений.
Непроизвольно качаю головой и вижу краем глаза, что парень косится в мою сторону. Ну вот, сейчас подумает, что я прибабахнутая какая-то. Хотя, наверное, так и есть.
«Мерседес» подъезжает к воротам, те же словно по волшебству отъезжают в сторону, пропуская нас в царство роскоши. Заезжаем на подземную парковку. Парень глушит двигатель, выходит из машины. Колеблюсь несколько секунд, затем ловлю на себе через лобовое стекло тяжёлый взгляд своего мучителя, быстро отцепляю ремень безопасности и тоже выхожу. Нажатием двух клавиш на брелоке Ян блокирует двери, включает сигнализацию и уходит.
На кой чёрт сигнализация? Разве это не элитный район? Да тут охраны как на военном стратегическом объекте. Пожимаю сама себе плечами. У богатых, как говорится, свои причуды, ага. Плетусь следом за Яном к лифту.
Находиться с ним рядом сущее мучение, а в тесной кабинке лифта и того хуже. Даже несмотря на то, что кабинка, на самом деле, очень даже просторная. От него исходит какое-то нечеловеческое зверское давление. Мы поднимаемся
