— Вот именно, — ещё пуще разошёлся повар, — так меня может называть только мама. Для остальных я Жерар — именитый повар…
— Да-да… — с тяжёлым вздохом перебил его тот, выбирая следующую конфету. — Сделай ты мне, наконец, кофе. Именитый повар.
Жерар ещё что-то ворчал, но я уже не слышала. Скрепя сердце, направилась в свою комнату.
Не хочу никуда ехать…
А особенно к Яну.
Собиралась я минут двадцать. И это при том, что мне всего-то нужно было переодеться. На самом же деле большую часть времени я тупо сидела на кровати и думала, а не стоит ли приступить к воплощению моего замысла прямо сейчас. В итоге решила, что еще рано и отправилась на кухню.
Когда появилась в дверном проеме, Миша только и проворчал:
— Ну, ты собираться, — а затем сразу направился к запасному выходу.
Знаете, что мне больше всего нравится в зиме — если говорить о конкретно этой части нашей страны? Даже невзирая на то, что на дворе уже середина декабря, внезапная морось или вообще полноценный дождь, являются вполне нормальным явлением. Ни снега тебе, ни морозов, ни даже легкой корки льда на лужах. Полноценная такая осень… в декабре. Хотя все-таки нельзя сказать, что на улице тепло. А уж мне-то в своей кожаной куртке и тонких спортивках тем более.
Я села на переднее пассажирское сиденье уже знакомого «мерседеса» представительского класса. Именно на этой машине разъезжает его королевское высочество Ян Валерьевич, когда ему в падлу самому садиться за руль. Пристегнула ремень безопасности, уставилась в боковое окно. Мне кажется, что чувство дискомфорта никогда не исчезнет. Каждый раз, когда дело касается Яна, я начинаю нервничать. Ещё можно было бы волосы на голове повырывать для убедительности картины, но это было бы чересчур. Хотелось, конечно, попытаться хоть что-то выпытать из неразговорчивого Михаила насчёт того, зачем я понадобилась Яну вне дома, но лишь раз взглянув на его серьезную физиономию желание сразу пропало. Так и ехали всю дорогу, не проронив ни слова.
Да-а, как и ожидалось, здание, в котором находился офис Яна, ничуть не отличалось от остального образа жизни парня. Панельная почти полностью застекленная высотка на западный манер смотрелась среди прочих деловых зданий подобно гиганту. Предсказуемо на самом деле. За все время, что прожила в мире этого несносного человечишки, я убедилась в том, что у него нет ничего, что можно было бы назвать нормальным по меркам простых смертных. Действительно королевская персона.
Интересно, сколько тут этажей? Я вывернула голову и посмотрела вверх, пытаясь сосчитать. Раз, два, три, четыре… Машина свернула к шлагбауму с электронной системой пропусков. К тому времени я успела насчитать что-то около девятнадцати или двадцати. Водитель опустил боковое окно, провел какой-то карточкой по считывающему устройству и шлагбаум неторопливо пополз вверх, пропуская нас внутрь.
Ян уже ждал нас на подземной парковке здания. Еще одним удивительным фактом для меня стало наличие нескольких этажей той самой парковки. Подобное видела только в кино… Ай, к чёрту! Сравнивать все эти до отвращения навороченные факты можно до бесконечности.
Парень стоял, опираясь на капот своего двухместного черного «мерседеса», и курил, глядя куда-то в сторону. При виде подъезжающих нас он выбросил сигарету прямо на асфальт, словно урн еще не изобрели, и подошел к двери водительского места.
— Пока можешь быть свободен, — ровно произнес Ян, когда Миша снова опустил боковое стекло. — Я позвоню, если ты понадобишься.
Мужчина коротко кивнул, а затем повернулся ко мне и тихо произнес:
— Удачи.
Внутри все опускается, а затем переворачивается вверх тормашками. Я пристально смотрю в карие глаза мужчины и вижу в них откровенное сочувствие. Ян не слышал его слов, потому что обходил машину. Что это значит? О чем он, черт возьми? Дверь с моей стороны открывается, и я трусливо вздрагиваю. Поднимаю взгляд на Яна и вижу в его глазах странный блеск. Хотя выражение лица как всегда каменное.
— Выходи, — его голос тихий, но даже так он не теряет привычного холода и приказного тона.
Подчиняюсь. Отстегиваю ремень и вылезаю из машины. А что мне еще делать? Если откажусь — хуже будет. И этот Миша, конечно же, не вступится за меня. Снова страшно. Снова мной овладевает пусть ещё и ненавязчивая, но уже ощутимая паника. И вместе с тем приходит уныние. Мне надоели эти игры. Эти загадки. Постоянное напряжение.
— Садись в машину, — всё так же спокойно роняет Ян и идет к своей дорогой иномарке. И опять я подчиняюсь. Иду следом за ним. В какой-то момент бросаю короткий взгляд через плечо, вижу, как Миша уезжает с парковки. Что значило это его «удачи»? Ему что-то известно? По всей видимости, да. Может сейчас самое время?.. Но нет. Мне не дадут ступить и шага в сторону. Ян дожидается, когда я сяду в машину, затем захлопывает дверь. Обходит, садится на водительское место и поворачивает ключ зажигания.
Всю дорогу не знаю, что и думать.
Куда мы едем?
