Я почувствовал, как моя челюсть упала на пол. Какая реклама? Что он вообще придумал?
– Ты не понимаешь, сейчас нас знают на узком рынке, а они, они выведут нас на мировой. Ты же всё пытаешься куда-то расти, вот тебе направление. Хватит открывать офисы, пора налаживать поставки, дать новый уровень, привлечь людей. Мы топчемся на месте, за пять лет ни на шаг не сойти, это провал.
– О’кей, ладно, я не в силах с тобой спорить, давай идти по твоему пути. До первого косяка, Жень.
Друг расплылся в улыбке, он знал через что зайти. Для меня это болото, в котором мы уже зацвели – ужасная пытка. Мне казалось, что открыться в новом городе, побольше, будет успехом, а на деле, ничего. Бизнес, который стоит и только требует вложений с минимумом отдачи. Стоило мне согласиться, как постучалась в дверь Саша и сообщила, что приехал дизайнер. Дверь распахнулась и вошла она… чёрт, она ведь всё так же прекрасна, я соскочил с удобного кресла, ни в силах, не то, чтоб шаг сделать, даже слова сказать не могу. В горло будто налили свинца. Как же она изменилась, как расцвела. Голос, я слышал голос, нежный, бархатный, не разбирая слов.
– Вот этот тормоз – мой коллега, совладелец – Святослав.
Она узнала меня? Почему так смотрит, не заглядывая в глаза?
– Слав, отомри, а то Евгения подумает, что ты, как бы, помягче, дебил.
Мягко, молодец.
– Женя? – Всё-таки выдавил я из себя. Что за тупизм, конечно, она. Та самая, моя Женя. Как же ей идёт всё-таки эта стрижка. Её красоту не испортит ничего, годы ей к лицу, любая стрижка, она совершенна. Этот трепет вместе с волнением, то давно забытое чувство внутри, от которого дрожит всё тело.
Она не узнала меня. Конечно, столько времени прошло…
Я ещё вспоминаю тот день с содроганием сердца. Главная новость маленького городка, тема, которую мусолили ещё несколько лет, добавляя всё больше и больше мерзких подробностей, и сплетен. В тот день, я, сбивая ноги, бежал к дому, чтоб найти её, когда видел её в последний раз мне было всего пятнадцать, а ей – четырнадцать.
В школе, в класс моей младшей сестры перешла новенькая девочка, посреди учебного года. Она стала темой для обсуждений, а после – для травли. Красивая, умная не по годам, она выросла, куда раньше всех своих сверстниц. Всё время одна, знающая ответ на любой вопрос, скромная и беззащитная. Наша дружба началась неожиданно, когда я вышел из школы и увидел, как её наглым образом толкнули в грязь сверстники. Она в своей белой блузке, упала в эту чёртову лужу. Для меня это был откровенный беспредел, два парня берут и толкают маленькую хрупкую девочку. Я вступился, помог ей подняться, проводил домой. Обработал разбитые колени, и с тех пор мы стали самыми близкими друзьями. Всё время я поражался её знаниям, её тяге к книгам, которые я ей доставал, мне хотелось видеть этот блеск в её глазах, каждый раз, когда я достаю что-то новое, ещё один сборник незнакомых ей страниц. Это продолжалось, как мне казалось, так долго, но в то же время так мало, я не успел насладиться.
В один из таких дней, я возвращался с тренировки, неся в сумке новый роман, для неё, когда услышал разговоры, от которых стало дурно. Я помчался со всех ног к дому, в надежде, что всё это ложь. Люди судачили, что в квартире по соседству, где жили они, произошло ужасное. Мужчина застрелил жену и падчерицу. Весть разлеталась по городу, как горячие пирожки, все кому не лень произносили эту новость с улыбками на лицах, вместо стандартных фраз из разряда: «Привет. Как жизнь?». Я бежал и впервые в жизни обращался ко всем богам, единственный раз, я мололся о том, чтоб она была жива. Это был первый день, без её улыбки, первый из той тысячи, что уже позади.
Это был ужас, непрекращающийся кошмар. Я был в больнице, сидел там часами по несколько раз в день, пока однажды не пришёл и не услышал, что её забрали родственники, ранним утром. С тех пор она пропала со всех радаров, о ней никто ничего не слышал, её никто будто бы и не знал, и всё, что напоминало мне о том, что я не сошёл с ума, и она правда была в моей жизни – воспоминания, и та книжка, что так к ней и не попала.
Вот сейчас эта девочка стоит в кабинете, что когда-то был моим. Живая, с улыбкой на лице. Всё-таки мои молитвы дошли.
Они говорили о работе, о моём бизнесе, а я не слышал ни слова, я там, в тех днях. Все наши встречи, разговоры и посиделки пронеслись в голове, от первой фразы, до последнего прощания. Кажется, я вспомнил каждое слово, каждый взгляд, всё.
– Слушай, мне нравится, а ты что скажешь? – Друг обратился ко мне, выдернув меня из своих воспоминаний. Я ощутил неловкость, попытался удобнее сесть в кресло, но удобно не становилось.
– Да, а есть какие-то гарантии? – Я не понимаю о чём разговор, и зачем спросил об этом, может, это и вовсе было невпопад…
– У нас ещё не было промахов, все всегда остаются довольными после нашей работы. Могу предоставить рекомендации, продемонстрировать наши проекты. Честно признаться, в вашем городе мы ещё не работали. Приехали специально для вас.
