В трубке слышалось сосредоточенное сопение и звуки вялой борьбы.
– Прекрати, – наконец велел Эйдан раздраженно.
– Не звони ей, – послышался второй голос. Охрипший и насквозь больной.
Тина подобралась.
– Меня ты слушать не хочешь, что мне еще остается делать?
– Я чувствую себя нормально.
– Эээй, – неуверенно позвала Тина и почувствовала, как на том конце изменилась атмосфера.
– Кристина, ты на громкой связи, – решительно сказал Эйдан. – И ты должна вразумить Натана. Он сильно заболел, но все равно собирается идти на занятия.
– Это всего лишь легкая простуда, – послышалось сиплое возражение.
– Тридцать девять и два, по-твоему, легкая простуда?! – вспылил Эйдан. И, не слушая оправданий кузена, строго потребовал: – Кристина, вели ему остаться сегодня дома.
– Но почему я?
– Просто сделай это.
Чувствуя себя очень глупо, Тина попросила:
– Натан, не мог бы ты, пожалуйста, подумать о себе и остаться дома, чтобы позаботиться о своем здоровье…
На несколько мучительных секунд в трубке повисла тяжелая тишина.
– Хорошо, – наконец неохотно ответил Натан.
Эйдан тихо хмыкнул.
– Я знал, что тебя он послушает, – сказал он. И в его голосе отчетливо слышалось удовлетворение.
♡ ♡ ♡
Только опоздав на трамвай и глядя ему вслед, Тина поняла, как сильно привыкла к постоянному присутствию кузенов в своей жизни.
Перескакивая через подмерзшие лужи, она бросилась в погоню, надеясь если не догнать его на одной из остановок, то хотя бы поймать Нессу у ворот университета.
И стала свидетельницей странной сцены.
Рядом с университетским ограждением Несса о чем-то спорила с Томасом и выглядела непривычно злой.
Но когда Тина подошла, они замолчали, а Томас, не глядя на Тину, просто сбежал.
– Что случилось?
– Этот гад прицепился ко мне. Требовал рассказать почему я одна и где ты. Я сказала, что не обязана перед ним отчитываться, а он не успокаивался… И я не понимаю, почему сейчас сбежал, когда мог прямо у тебя узнать, где ты была и почему опоздала на трамвай. Почему, кстати?
Тина неопределенно пожала плечами. Она и сама не до конца понимала причину. У нее было достаточно времени, чтобы все успеть, но Тина постоянно отвлекалась на переписку с Эйданом. Он вызвал семейного врача, чтобы тот осмотрел Натана и докладывал обо всем Тине. А она просто не могла это игнорировать, обеспокоенная состоянием больного.
В некоторой степени Тина чувствовала себя виноватой в случившемся. Ведь это ей Натан отдал свою куртку, из-за чего насквозь вымок, замерз и в итоге заболел.
– Так получилось, – уклончиво ответила она.
Тина не могла сосредоточиться на парах и постоянно проверяла сообщения. А Эйдан, нашедший в ней благодарную слушательницу, охотно жаловался на кузена и его абсолютное неумение правильно болеть.
«Он отказался есть то, что я приготовил. Собирался встать, чтобы сделать обед самостоятельно. Едва отговорил его от этой затеи. Пришлось снова угрожать, что все расскажу тебе», было написано в последнем сообщении.
Тина беззлобно фыркнула, прочитав его. Она давно сбилась со счета и уже не могла даже представить, сколько раз за утро Эйдан угрожал кузену пожаловаться ей.
Последовавшее за сообщением фото обеда заставило Тину содрогнуться. Слипшийся комок сероватой массы сложно было назвать кашей.
«Надеюсь, ты не заставил его это есть» ответила она, ненадолго остановившись на первом этаже экономического факультета. Пара только закончилась, и Тина должна была встретиться с подругами в столовой административного корпуса.
Выходить на улицу в ту невыносимую промозглую серость ей отчаянно не хотелось. С грустью покосившись на большое окно, по которому барабанили голые ветви деревьев, Тина понадеялась, что низкие серые тучи не прольются дождем до конца занятий.
Зонта при себе у нее не было.
От печальных мыслей ее отвлекла ссора, становившаяся все громче.
– Ты меня за дурака держишь?! – взревел внушительных размеров парень. Стоял он недалеко от выхода и крепко держал за грудки другого парня, значительно уступавшего ему в развороте плеч. Разборки уже вышедший из себя здоровяк начал ровно там, где и поймал свою жертву – недалеко от выхода.
Тина скользнула по ним недовольным взглядом и замерла. Тем, на кого сейчас со всей страстью орали, оказался Аарон.
Он снисходительно смотрел на парня, пытавшегося вытрясти из него извинения. Казалось, сложившаяся ситуация его забавляла, была неотъемлемой и в какой-то мере даже приятной частью жизни.
Подозревая, что происходящее являлось очередной сценой, Тина замешкалась, не зная, что ей делать. Дверь была слишком близко к месту действия. Ее могли заметить и втянуть в ссору. Но запасной выход в этом здании был заперт еще с весны, когда какие-то студенты по случаю завершения учебного года подожгли в коридорах факультета дымовые шашки и сбежали от расплаты через дверь, ведущую прямо в заросли.
Нарушителей так и не задержали.
Подумывая о том, чтобы выбраться из здания через окно женского туалета, Тина продолжала рассеянно смотреть на Аарона.
Это было ошибкой.
Словно почувствовав ее внимание, он скользнул взглядом по толпе и расплылся в счастливой улыбке.
