– Кому? – спросил Натан, но не дождался ответа. Она пододвинула к нему обе миски и велела сначала поесть. – Ты не выглядела удивленной, когда заметила снимки. Что-то подобное случилось и с тобой?
Тина повела плечами, невольно отводя взгляд. Вцепившись в кружку и сгорбившись, с еще влажными волосами, в черной, слишком большой для нее футболке, она была похожа на нахохлившуюся ворону.
– Крис-Крис?
– Кажется, у меня появился сталкер. Неохотно призналась она. – Не совсем понимаю, какую цель он преследовал, отправляя тебе эти фотографии, но мне очень жаль, что из-за меня ты оказался во всё это втянут.
– И ты… так спокойно об этом говоришь? Преследование – это очень серьезно.
– А что такого? Ну да, это неприятно и даже мерзко, но для меня сталкер не опасен. Скорее, это я для него опасна.
– Кому-нибудь еще ты об этом рассказывала? – хмуро спросил Натан.
– Нет, конечно! Да и кому? Ханна потеряет сон, если узнает. А Несса и сама недавно была жертвой сталкера. Зачем ей об этом напоминать?
– То есть ты собиралась справляться со всем в одиночку?
– Нет же. Я хотела рассказать всё, когда ты поправишься, честное слово.
– Рассказать всё, когда я поправлюсь, – хмуро повторил Натан. – Но ты уверена, что не случилось бы чего-то еще, из-за чего ты решила бы немного отложить этот разговор?
Тина поникла. Натан злился, она чувствовала это и была уверена, что злится он на нее. Это… расстраивало.
– Я знаю, что ты сильная. – хрипло сказал Натан. – Но это не значит, что ты неуязвима, понимаешь? Нет ничего плохого в том, чтобы полагаться на нас. От этого ты не станешь слабее.
– Я понимаю. – Тина не могла поднять взгляд от столешницы.
– Тогда расскажи мне всё.
Быстро, с опаской посмотрев на Натана, Тина несмело начала свой рассказ с первого подарочного пакета, который обнаружила на ручке своей входной двери. О неуловимости ее преследователя. О его нервном срыве, разорванных подарках и записке. И о последних фотографиях, которые были сделаны на фестивале.
Натан слушал, не перебивая, рассеянно помешивал ложкой кашу, которую Тина подтолкнула к нему поближе.
– Еще в последнее время, кажется, у меня проснулась интуиция. Вчера, когда я была с Аароном и нас сфотографировали, я почувствовала что-то странное. Как будто чужой взгляд. И сегодня в трамвае случилось то же самое.
Только произнеся слова вслух, она вспомнила то, что знала уже очень давно.
– Чат с извращенцами! – Тина порывисто поднялась. Глаза ее горели. – Нужно узнать у сержанта, получилось ли поймать всех. Вдруг кому-то удалось скрыться, и теперь он мне мстит?
У извращенцев из чата уже имелся опыт в преследовании. А главное, у них были причины ее ненавидеть. Хотя до этого их деятельность была тайной, и, судя по тому, что Тина успела увидеть в квартире сталкера Ванессы, они никогда не пытались связаться со своими жертвами.
Сложно было даже представить, как сильно кто-то из участников чата должен был возненавидеть ее, чтобы так рисковать.
– Но почему мстит именно тебе? Ведь нас там было двое.
Тина фыркнула, медленно осев на стул.
– Ты себя в зеркале видел? Из нас двоих именно я выгляжу слабой и беззащитной. И злость на мне сорвать куда проще. Кто захочет связываться с двухметровым громилой?
– Я метр девяносто шесть. – скромно поправил ее Натан.
– Конечно, это меняет дело. – проворчала Тина, не сумевшая перешагнуть порог даже в метр семьдесят, и постучала пальцем по столу, указывая на кашу. – Ешь. Тебе еще нужно жаропонижающее выпить. А мне уложить тебя и успеть вернуться домой до закрытия метро.
– Зачем тебе возвращаться? – удивился Натан. – У нас есть гостевая комната. Переночуй в ней. Утром я вызову тебе такси.
Тина сомневалась, не уверенная, что сможет уснуть в этом доме, но перспектива выходить в сырую, холодную ночь, рискуя вновь попасть под дождь, поистине ужасала…
– С удовольствием воспользуюсь твоим предложением, – медленно проговорила она, сдаваясь.
Только когда зазвонил ее телефон, Тина запоздало вспомнила, что так и не отчиталась перед Эйданом.
Тина проснулась от того, что ее негромко звали по имени, ласково поглаживая по плечу. Она сморщила нос и вяло попыталась отмахнуться, уже готовая вымаливать еще пять минуточек сна. Но вспомнила, что будить ее некому, и резко открыла глаза.
Натан выделил ей гостевую спальню, но проснулась она в его комнате. Вечером решила посидеть с ним немного, пока он не уснет.
– Чтобы не бродил среди ночи по квартире и не подрывал свое и без того слабое здоровье, – уверенно заявила тогда Тина, заталкивая его в спальню.
Она действительно собиралась остаться совсем ненадолго и устроилась на краю постели, заботливо подоткнув больному одеяло. Но пригрелась и самым возмутительным образом уснула. Прямо так, сидя, прижимаясь бедром к боку Натана. А утром оказалась в чужой кровати, старательно завернутая в одеяло.
– Тебя тяжело разбудить, – сказал Натан. Он сидел перед кроватью на корточках и выглядел как давно проснувшийся человек.
