Сейчас она особенно сильно была рада тому, что Натан оказался таким ужасным перестраховщиком. Даже крошечная вероятность того, что она была не одна, придавала сил. Хотя она не была уверена, что он слышал все, что происходило в квартире Томаса. Сама Тина не могла расслышать даже его дыхания и немного беспокоилась о том, что связь по какой-то причине оборвалась.
– И как этот твой сбор коллекции завершается? – напряженно спросила она.
– Секс.
Тина очень надеялась, что ей просто послышалось. Но установленная камера и расставленные свет не оставляли ни единого шанса…
– Чего?
– Половой акт. Потом я расскажу тебе все подробно о правилах нашего клуба коллекционеров. – самодовольно признался он. – Но я, если хочешь знать, больше остальных готов к экспериментам. Обычно самой ценной частью коллекции становится видео секса объекта с ее партнером. Такие видео крайне редкие и ценные, потому что забраться в квартиру, чтобы расставить камеры, способен не каждый коллекционер. И в прошлом году я предложил идею, как можно усовершенствовать наши коллекции. Мое предложение сразу же раскритиковали, потому что главное правило коллекционирование – не связываться с объектом. Трусливые тупицы так тряслись над своей безопасностью, и где они все в итоге оказались?
– И как… как же ты планировал завершать эти свои усовершенствованные коллекции?
Тина боролась с желанием потереть ухо. Казалось, от наушника начало тянуть могильным холодом.
– Существует множество различных видов снотворных. Или можно было бы просто оглушить объект. Например, сначала я собирался наладить с тобой отношения и опоить, но из-за твоих конченых друзей все сорвалось. – Он включил камеру и начал ее настраивать. – Тогда я попробовал застать тебя врасплох ночью. Но квартира была пуста… И, знаешь, я даже рад, что так вышло. Ведь ты пришла ко мне сама. И мы сделаем все в лучшем виде.
– Какие интересные у тебя идеи. – с отвращением протянула Тина, но он не заметил в ее словах ничего странного и просиял.
– Рад, что ты оценила. Мы можем начинать.
Ничем не объяснимая искренность Томаса напоминала Тине злодейский монолог из второсортного боевика. И позабавило бы ее, не будь происходящее настолько омерзительным.
– Знаешь, я не готова сегодня к таким серьезным вещам. Давай как-нибудь в следующий раз.
Все, чего Тина сейчас хотела, – выбраться из квартиры, позвонить сержанту и проследить, чтобы разыскиваемый преступник не сбежал до прибытия полиции.
Она миролюбиво улыбнулась помрачневшему Томасу, успевшему закончить основные приготовления и уже настроившемуся на успешное завершение коллекции.
Но попытался остановить ее не он.
– Никуда ты не пойдешь. – Барни неуклюже метнулся к входной двери, размахивая кухонным ножом. – Пока не сделаешь всё, что от тебя хочет этот кретин.
– А потом, значит, вы меня отпустите? – полюбопытствовала Тина. Вооруженный, немного безумный парень вызывал у нее некоторые опасения, но страха не было. Нож он держал неловко и скорее покалечился бы сам, чем нанес какой-то вред ей. – Не боитесь, что я в полицию пойду?
– Не пойдешь. – Когда Барни улыбался, становилось видно его воспаленные десны и мелкие, желтые зубы. – Сделаешь глупость, и видео с тобой увидят все.
Он угрожающе махнул ножом в воздухе, пытаясь подкрепить свои слова угрожающим видом.
– И какая мне разница? Разве вы, маленькие извращенцы, не делитесь всеми этими грязными коллекциями в своем больном на голову кружке по интересам?
– Заткнись! – рявкнул Барни. Его вся эта ситуация ужасно бесила. Из-за глупости Томаса он рисковал попасться полиции.
– Ты бы ножиком так не размахивал. Поранишься еще… – вздохнула она. И вздрогнула, когда в ухе раздался напряженный голос Натана. Услышав про нож, он уже не мог оставаться в стороне.
– Кристина, какой номер квартиры?
– Всё под контролем, – сказала Тина. – Не нервничай.
– Я НЕ НЕРВНИЧАЮ! – рявкнул Барни, посчитавший, что она разговаривает с ним.
– Кристина, – позвал Томас, – мне казалось, ты всё правильно поняла. Что ты не такая, как все. Но то, что ты сейчас говоришь, меня очень огорчает.
– Ты расстроен, да? А знаешь, кто еще был расстроен? Я, когда узнала, что в мой дом пробрался какой-то извращенец. – низким от злости голосом проговорила Тина. – Такие, как ты… вы все просто не имеете права выглядеть настолько обычными, понимаешь? Почему ты похож на нормального человека? Ты же на всю голову больной.
Томас молча бросился на нее, а через секунду осел на пол, сложившись пополам. Тина старалась контролировать силу, чтобы не оказаться в конечном счете в камере за превышение самообороны. Хотя вместо одного сдержанного удара под дых ей хотелось молотить Томаса, как боксерскую грушу.
Нервы Барни сдали. С воплем он бросился на Тину, размахивая ножом. Движения его были настолько медленными и предсказуемыми, что ей не составило бы труда увернуться.
Только Томас, которого она уже списала со счетов, вцепился в ее ногу и с силой вогнал зубы в щиколотку. Тина болезненно вскрикнула и выругалась. Лишенная возможности маневрировать, она не успевала увернуться от ножа и освободиться от Томаса.
