– Спасибо. Боюсь, ты их перехвалишь.
– Мамочка, мы будем очень послушными, – Лиза чуть лукаво улыбнулась и скромно опустила глаза. – Мы даже сами покушаем.
– Ну-ну. Я сейчас приду и посмотрю, как вы с кашей справляетесь.
Дети умчались на кухню. Игорь, всё ещё улыбаясь, поинтересовался:
– А что такое недоверие в голосе?
– Тебе в детстве очень хотелось по утрам кашу есть? – с едкой улыбкой поинтересовалась Вика. – Я, например, вообще плохо ела.
– Я что-то не заметил, что Лиза и Гриша плохо едят.
– Только грешны тем, что кашу можно скормить коту (благо он хорошо кашу ест) или аккуратненько отправить в мойку и открыть воду. А, если я или кто-нибудь ещё зайдет на кухню, сделать вид, что очень захотелось вымыть посуду. Одна неувязочка – мойка ещё для них высоковата, поэтому иногда следы из каши могут остаться где-нибудь на непредусмотренных местах.
– Ты думаешь, что они сегодня тоже что-нибудь такое придумают?
– Сегодня – нет.
– Почему?
– Я пообещала, что если они будут плохо есть или начнут шалить, то скажу тебе, и ты не разрешишь с Фугасом играть, чтобы он не заразился плохим поведением. Так что, подыграй мне, вдруг что, – совсем тихо сказала Вика.
– Обязательно, раз ты просишь. Тогда пойдем и посмотрим, как они едят.
– Пойдем.
Вика с Игорем пошли на кухню. Увлекшись разговором, они не обратили внимания, что сверху, опершись о перила, на них смотрит Николай и улыбается. Улыбка была доброй и немного грустной…
Николай сел за стол и в очередной раз подумал о предусмотрительности Леночки – даже листок на календаре был перевернут. Вика снова стояла у окна и смотрела на улицу, будто должна была увидеть сейчас что-то очень важное. Впрочем, в какой-то мере сегодня так это и было. Николай не очень хорошо представлял, что ему придется сейчас говорить, как вообще будут разворачиваться события, и, признаться честно, чувствовал себя чуть более комфортно, чем Вика. Чтобы как-то отвлечься и отвлечь её, он сказал:
– У тебя очень красивые шпильки. Я их раньше не видел. Серебро?
– Серебро. Подарок, – коротко ответила она.
– Постой, ты ведь вроде бы с ними приехала… Игорь тебе дарил…
– Игорь здесь ни при чем. Я действительно приехала в них. Это Михаил подарил. С Новым годом меня решил поздравить. А я, видишь ли, оказалась порядочной стервой и объяснила, что пора прощаться.
– Оставь, – поморщился он. – Не пытайся взвалить на себя все грехи мира. Не выйдет. Однако, Мишаня разбирается в женских безделушках.
– Да, во вкусе ему не откажешь, – кивнула Вика.
– Как дежурство?
– Нормально. Как ни странно, даже не много вызовов было.
– Один праздник кончился, а второй ещё не начался.
– Ну да, почти классическая фраза, – иронично улыбнулась Вика. – Время посева уже прошло, а время сбора плодов ещё не наступило. Так или не так?
– Кажется так, – Николай улыбнулся. – Извини, но Дима это помнил намного лучше, чем я.
– Дима многое помнил и понимал намного лучше, чем мы все, – Вика отошла от окна и села в кресло.
– Вик, ты сильно устала?
– Коленька, ты же прекрасно знаешь, что устала я не от работы…
– Кажется, мы все устали. Не сейчас. За последние несколько лет.
– Я вот думаю, может быть напрасно всё это? – Вика внимательно взглянула ему в глаза. – Может быть, и начинать не стоило?
– Снова? – Николай попытался улыбнуться. – Сейчас он приедет и всё станет на свои места. Не думаю я, что он настолько бестолковый…
– Он совсем не бестолковый, – прервала она его. – Это я бестолковая. А, знаешь, что бы я сделала на его месте? Просто послала бы…
Кого, кому и куда стоило послать, Вика не договорила. Щелкнул селектор и голос Леночки проворковал:
– Николай Алексеевич, приехал Игорь Михайлович. Вы просили сказать, когда он приедет.
– Да, Леночка, пусть он наберет меня, – ответил Николай и, отключив селектор, обратился к Вике. – Ну, если и будет он кого-то посылать, так уж не тебя это точно. Меня – может быть. Правда, я не обижусь.
– Меня бы тоже стоило послать, – Вика нервно улыбнулась. – Детство золотое вспомнили, решили в подпольщиков поиграть…
На столе у Николая зазвонил телефон…
…Игорь вошел в свой кабинет. Сегодня на стоянке снова был «линкольн» Виктории Амерхановой. Если она была здесь, то это означало, что Николай не вспомнит о его существовании до тех пор, пока не закончит всех своих дел. Значит, было время, чтобы позвонить Вике. Вчера утром они уехали с дачи, она – сразу же на работу; поговорить, как собирались, они так и не успели, ограничились парой звонков в течение дня и собирались всё перенести на сегодняшний вечер.
Не успел Игорь повесить пальто, как щелкнул селектор и возник голос Леночки:
– Доброе утро, Игорь Михайлович.
– Доброе утро, Леночка, – ответил Игорь. – Что у нас хорошего или плохого?
– Николай Алексеевич попросил, чтобы вы его набрали.
– Хорошо, сейчас. А где он?
– У себя в кабинете, но попросил, чтобы вы его именно набрали.
– Спасибо, Леночка. Сейчас этим и займусь. Он один?
– Нет, – после секундной паузы ответила Леночка. – Приехала Виктория Андреевна.
