Григория Давидовича я имел удовольствие видеть и общаться намного раньше. Я учился в ординатуре, потом первые годы работал радиологом. Мне было непонятно, почему маститый профессор из Обнинска, признанный корифей в области лечения лимфогранулематоза, периодически появлялся у нас в области и обязательно заезжал к нам в диспансер, консультировал больных с болезней Ходжкина, разговаривал с нами, молодыми радиологами. Характер у него был, конечно, непростой, но это человек энциклопедических знаний, великого обаяния, большой умница. Потом сложилось все естественным образом, что он, оказывается, ездил по местам своей юности, он приезжал в ФИБ № 1, он приезжал в город Озерск, где у нас были друзья, дела, ученики. И попутно заезжал в Челябинский областной онкологический диспансер.
Еще одна поразительная вещь из жизни ФИБа № 1 непосвященным и неизвестным людям, не вхожим в этот мир. В подвале Института есть специальный зал от отдела патологоанатомических исследований, где хранятся фрагменты различных тканей и органов сотрудников «Маяка», которые работали непосредственно с радиоактивными препаратами плутония, урана, прежде всего плутония, умерших от разных причин, в том числе от лучевой болезни. У них забирались биоптаты в довольно большом объеме и законсервированные хранятся до сих пор. Такого масштаба исследования проводились только у нас, ни у американцев, ни у японцев ничего подобного нет. Люди предвидели интерес к этой теме, основоположники ФИБа № 1 предвидели, что появятся, естественно, новые методы гистологических исследований и понадобятся нативные материалы, ткани людей, работавших в самом пекле атомной промышленности. И очень интересно, конечно, видеть современный снимок, гистологический препарат ткани легкого у пациента, который работал с плутонием, покрытый специальной фотоэмульсией. И наблюдаешь, вот она, частица плутония, вот трэки альфа-излучения, которые до сих пор исходят из этой частицы, хотя человека уже нет на свете несколько десятков лет. Но тело его до сих пор служит науке. Потрясающие впечатления. Потрясающие предвидения специалистов. Естественно, громадное мужество и самоотдача людей, которые своими руками сохранили мир на земле. И даже сейчас останки их тел служат их любимому делу.
Владимир Петрович Харченко. Защита докторской
Приближалась к окончанию моя работа над докторской диссертацией. Где-то в феврале 1993 года я был в Москве по делам, оставил своему руководителю, учителю и другу Владимиру Петровичу Харченко большую часть глав, по-моему, четыре, где не было автореферата, заключения, последней главы. Он сказал: «Давай я почитаю, потом тебе позвоню». Не было еще мобильной связи. И где-то недели через две, накануне 8 Марта, он меня находит в глубинах диспансера по одному из служебных номеров и звучит следующий разговор. «Я твою докторскую почитал». Я спрашиваю: «Ну и что, Владимир Петрович?» «Нормально. Хорошо. 31 мая защита». Я говорю: «Владимир Петрович, так ведь 31 мая почти завтра. Не успею. Там нет еще заключения, пятой главы, автореферата». «Да ни хуя, успеешь». Трубка кладется. Консультация научного руководителя закончилась. Я, естественно, успел, все было благополучно, даже удачно. Спустя несколько лет отношения с Владимиром Петровичем укрепились, стали еще ближе, я его спросил: «Владимир Петрович, помнишь такую историю?» Он ответил: «Конечно, помню». «А что вот так вот?» «А я хотел поглядеть, насколько ты расторопен, как себя поведешь в условиях стресса». Я спросил: «Ну и что?» «Ты же видишь, все нормально, все хорошо». Должен сказать, что наши учителя были и есть люди гениальные, талантливые, заставляют нас делать то, что нам кажется невозможным, и заставляют себя проявить в самых немыслимых условиях. Это все идет нам на пользу. Владимир Петрович, спасибо за консультацию и вообще спасибо за помощь и поддержку по жизни.
Честь области
Обращаются однажды ко мне уважаемые люди и говорят, что к тебе поступает пациент, очень социально значимый, который всю жизнь защищал честь области на хоккейных площадках. Мне пришлось возразить, что честь области я понимаю несколько иначе, это не хоккейная площадка, это достойные школы, это хорошие больницы, это ухоженные старики, это прочищенные тротуары. И настоящую честь области составляют академик Аврорин, академик Макеев, академик Рыкованов, сотрудники «Маяка», ЧТЗ, Федерального ядерного центра, но отнюдь не гладиаторы хоккейных полей, которые, в общем-то, живут за наш счет, на наш бюджет и за наши деньги. И чего ради я должен отодвигать инженера, офицера от каких-то благ или очереди ради предоставления каких-то льгот хоккеисту? Тем более что это не соответствует понятиям ни врачебного долга, ни человеческой совести. Давайте не будем разбрасываться такими высокими понятиями, как честь области, честь страны. Честь области и страны не на хоккейных и футбольных полях и не в руках дармоедов, она создается тружениками, их трудом, потом, талантом и умом. В этом я глубоко убежден.
