Мальчишки отпустили меня, а директор подошел почти вплотную, склоняясь над моим лицом и разглядывая побледневшие губы и полные надежды глаза. От его близости у меня перехватило дыхание, а сердце заколотилось.
- Вы перемерзли, - резюмировал он и осторожно прижал мое окоченевшее тело к своей груди, в тоже время сообщая что-то цыганам на их языке. Услышав его фразу, они закачали головами и радостно принялись восклицать что-то, возвращаясь каждый к своему делу.
- Ч-что вы сказали ему? – прохрипела я, поднимая к нему взгляд и обнаруживая еле заметный намек на щетину. А еще от него приятно пахло костром и крайне знакомым запахом мужских духов.
Тао коротко улыбнулся и покачал головой, протягивая:
- Сказал, что вы моя женщина, пришедшая спасти своего мужчину-неудачника. Надеюсь, вы не против такой роли?
- Совсем нет, - с облегчением вздохнула я и почувствовала, как медленно согревается тело. Но что еще более приятное, так это объятия директора, разговаривающего о чем-то, с, судя по всему, вождем цыган. На мгновение я просто выпала из реальности, не веря собственному счастью, а в следующую секунду буквально уснула на его груди, склонив голову, потому что чувствовала себя в полной безопасности.
Комментарий к Глава 14
Если вдруг вас смутит присутствие цыган в Южной Корее, то я возьму на себя смелость напомнить, что это АУ :D
Не судите строго ~
========== Глава 15 ==========
Рядом со мной меня любовью душишь,
Твое слепое чувство - страшнее меня!
За всю свою жизнь я любила так единожды. Он стал для меня подсознательным идеалом, сильным и властным, жгучим и притягательным. Я робела под взглядом его темных глаз и таяла подобно маслу при малейшем соприкосновении нашей кожи. Запах этого мужчины сводил меня с ума, словно надо мной поколдовал талантливый парфюмер. Если подумать, ведь в нем нет ничего особенного, более того, он жесток, циничен, почти всегда холоден и отстраненный, словно его мир не здесь, а где-то там, меж сухих чуть желтоватых страниц очередной толстой книги, которую он любил листать ночами у камина в своей библиотеке.
Частенько я позволяла себе подглядывать за ним, любуясь, как отблески огня радостно пляшут на его лице, руках, пальцах, сжимающих хрупкий листок. Дьявольская красота этого мужчины пугала меня и одновременно притягивала так, как кошку тянет к валерьянке. Мне даже хотелось тихо подползти к нему и прижаться щекой к ноге, закрыв глаза и наслаждаясь просто тем, что он рядом. Я сходила с ума и изнывала, путалась в собственных чувствах, но заранее знала на них ответ. Напоминала самой себе сумасшедшую, наркотически зависимую особь, без гордости и самоуверенности. Мне постоянно его не хватало, как будто я могла дышать лишь наполовину, и стоило мне увидеть хоть на секунду любимое лицо – сердце обрывалось с вен и летело к чертям в самые пятки.
Он не имел понятия, как влияет на меня.
Увидев злополучный конверт и осознав, что Тао угрожает опасность, я едва сдерживалась, чтобы не вызвать полицию и не рассказать им все. Это был бы по-настоящему ужасно неправильный, глупый, необдуманный поступок, а я знала и все равно не могла успокоиться. В голове толкались мысли о том, «что будет, если…», и неимоверное количество вариантов заполняло черепно-мозговую коробку, заставляя меня сходить с ума от страха и отчаяния. Но тело оказалось проворнее, оно само знало куда шло, само решало за меня, руководствуясь лишь подсознанием, тем самым, которому стал так дорог Тао.
Я поняла, где он может быть, когда увидела, что на опущенной вниз к столу фотографии был он и его сестра. Должно быть, директор просто хотел скрыть это от острого взгляда Клона, что вполне мог прорваться сквозь хрупкую оборону Кэти в кабинет Цзы. Скорее всего, он все предугадал и скрылся раньше, чтобы их встреча не случилась и, должно быть были еще причины. Поэтому первым делом были такси и длительная дорога, измучившая меня, как и позднее время суток. Дневной сон отнюдь не делал меня бодрее, скорее напротив, я еще больше устала.
Заброшенный дом сразу вызвал у меня недоверие: было чувство, где-то на поверхности сознания, в потоках интуиции, что он здесь. Где-то рядом. Стоит лишь поискать.
Ноги вели меня по тропинке, в плотной темноте почти белой, словно выведенной мелом специально для поздней гостьи, пожелавшей гулять по ветреному полю в поисках возлюбленного. Кости сводило от жестокого ветра, от пронизывающего, изнуряющего холода. Зуб не попадал на зуб, а губы потрескались, пульсируя немой болью, которая почти не была заметна из-за объедающего меня озноба.
Веселые голоса, горячий костер, детские улыбки… Я даже прослезилась, очутившись у края деревянного кольца. Вдохнула полной грудью костровый запах, смешанный с тонким ароматом чего-то съедобного, что готовили для своих мужчин темнокожие цыганки. Сердце билось то быстрее, то слишком замедленно, словно в поисках средней скорости, как и кожа, почти совсем охладевшая, жадно глотала огненный жар, обогревающий всех, находящихся внутри, впитывая его в себя.
