— Знаешь, Ростик, — сказал он, когда мы отошли от замка на приличное расстояние и оказались в относительном уединении. Он понизил голос до шёпота, хотя вокруг и так никого, кроме наших, не было, да и те брели, понурив головы, не обращая на нас внимания. — Этот амулет… Ярдиг говорил о древних, могущественных артефактах, спрятанных в туннелях у моста Двойной Луны. Что-то мне настойчиво подсказывает, что эта проклятая штуковина как раз из той самой оперы. И она, чёрт возьми, не предвещает нам ничего хорошего. Скорее, наоборот.
Он невесело, как-то криво усмехнулся, и в его глазах я увидел затаенную тревогу.
— Я всё ещё отчаянно хочу вернуться домой, на нашу Землю. Я скучаю по Старой доброй Англии, там, где гномы и всякие орки водятся только в кино и книжках моего соотечественника Толкина. К привычной жизни, к друзьям, к учёбе, чёрт бы ее побрал. Но с каждым проклятым днем в этом мире эта затея кажется все более… призрачной, нереальной. А пока мы барахтаемся, словно нанялись сделать тут карьеру. Долбаные сержанты Ордена Ре Бахтал, командиры целой роты. Ещё и амулет этот попался. Ты знаешь, что я хотел его продать и торговец наотрез отказался у меня его покупать.
Мейнард, шагавший рядом с нами, молчаливый и угрюмый, как всегда, лишь хмуро кивнул в знак согласия. Он редко делился своими мыслями или чувствами, но было видно, что и его гложут похожие сомнения и нехорошие предчувствия.
Я посмотрел на монотонно падающий снег, на дорогу, уходящую вдаль, теряющуюся в серой, непроглядной дымке. Что нас ждёт там, в этом загадочном ущелье Двойной Луны? Какие ещё испытания, какие новые опасности приготовила нам капризная судьба в этом чужом, но уже успевшем стать таким до боли знакомым и почти неотъемлемым мире? И какую, чёрт возьми, роль во всем этом предстоящем представлении сыграет этот таинственный, зловещий амулет, от которого ощутимо веяло древней, могущественной и очень тёмной силой?
Вечер спускался на извилистую горную дорогу медленно, неохотно, словно из последних сил цепляясь за острые, заснеженные вершины скал тускнеющими лучами багрового солнца.
Наша славная рота, вытянувшись усталой змеёй по широкому, на удивление хорошо укатанному тракту, размером с трёхполосную автодорогу, упрямо карабкалась все выше.
Холод, ещё недавно просто бодрящий, теперь становился злым, пронизывающим, пробирая даже сквозь выданные в Берден Кош зимние куртки. Солдаты ёжились, глубже запахивали воротники и втягивали головы в плечи, их дыхание вырывалось плотными облачками пара.
Все молчали. Длинный, изматывающий переход выбил из них всю охоту к разговорам, и единственными звуками, нарушавшими стылую горную тишину, был мерный скрип кожаного снаряжения, глухой стук подкованных сапог о мёрзлые камни тракта и тяжёлое, с присвистом, дыхание людей. Ветер здесь, наверху, был другим, резким, неприятным, порывистым, он пах снегом и холодными камнями.
Наконец, за очередным длинным кругообразным поворотом, от которого веяло сквозняком, перед нами открылось то, что Орэсно Пацци, с присущим ему бюрократическим цинизмом, именовал «стратегически важным мостом». И это было не просто мост. Это было… нечто. Грандиозное. Древнее. Пугающее.
Циклопические, нечеловеческих размеров укрепления, словно выросшие из самой скалы, полностью занимало собой эту сторону мрачного ущелья.
Тёмные, обветренные до гладкости каменные блоки, покрытые пятнами древних лишайников, казались неотъемлемой частью горного хребта, настолько они были массивны и стары. А после приземистой каменной башенки, похожей на сломанный клык, зиял чёрный провал, а с ним начиналась нитка того самого моста, под которым была головокружительная пропасть.
— Ты смотри, — Мейнард, шедший рядом, остановился как вкопанный, задрав голову. Его обычно непроницаемое лицо, высеченное из гранита, выражало неподдельное, почти детское изумление. — Я, когда на инженера пожарных систем учился, у нас был один препод, старый чудак, фанат средневековой фортификации. Много рассказывал про европейскую архитектуру замков, бастионов… Так вот, это, — он обвел рукой грандиозное, подавляющее своей мощью сооружение, — совсем не похоже на то, что строит Орден. Те их крепости, что мы видели, Берден Кош тот же… они другие. Функциональные, да, но без такого первобытного размаха. А это… этому, по меньшей мере, тысяча лет. Если не больше. Кто это вообще построил? Боги? Великаны?
Я мог только пожать плечами, ощущая, как по спине пробегает холодок, не связанный с погодой.
