— Сэр Рос. Я о Вас слыхал. Девять лет власти не могут Вас поймать.
Новак неопределённо пожал плечами, мол, что об этом говорить?
— У вас тут была заварушка… Некоторые из тех, кто сбежал от вас вчера, прибился к нам, теперь просятся вступить в мой отряд. Правильно я понимаю, что они начали свою вольную карьеру, предав своего лорда, то есть Вас, да ещё и попытавшись убить и ограбить?
— Да. Кроме двух, парочка бойцов просто сбежала до начала драки. Остальные подняли против меня бунт и проиграли.
— И это при том, что, как я погляжу, Ваших парней было вдвое меньше.
— Численность не ключевой фактор, Новак.
— Пожалуй, мы их не примем в банду, — задумчиво сказал Новак. — Скорее всего — прирежем, раз они узнали, где наш лагерь. И это полностью будет на нашей совести, потому что мне не нравится такое поведение. Так, я собственно, чего пришёл? Верно ли я понял со слов пацана, Вы зазываете к себе на службу?
— Верно. Мы создаём армию.
— «Мы»? Вы и король? Так-то меня попёрли со службы. Дали при увольнении сорок плетей, так что я чуть не издох и запретили вступать на любую королевскую службу.
— Нет, «мы» — это я, два квиза, эльф и крепко пьющий маг. Короля в нашем лагере я не замечал. А насчёт запретов и наказаний… Новак, у меня право амнистировать за любое преступление, так что прощение всех грехов это часть принятия на службу. Поэтому… Раз Вы были способны девять лет успешно вести оперативное руководство тактической силовой группой, проще говоря бандой, то весьма перспективный руководитель. Предлагаю Вам вступить на службу в звании старшины с возможностью карьерного роста.
— Вас не смущает, что я разбойник, больше того, я официально имею статус атамана?
— Не смущает, Новак. Моя армию комплектуется из каторжан, а атаманство… Вы не будете первым, вторым или третьим атаманом, с которым я имею дело.
— А можете сослаться на кого-то конкретного? Или это просто красное словцо?
— Могу. За меня могут поручиться бароны сэр Кидаберриец и сэр Андер Олин из герцогства герцога Арнхейма, а также атаман Рэд.
— Вы знали Рэда? До того как он стал королём или после?
— Во время.
— Да ладно? Это же легенда⁈ Оливер Рэд женился на сестре кровавого короля, а спустя двадцать лет сверг его и стал королём. И помогал ему некий Таинственный рыцарь, который после казни короля ушёл в ночь, отказавшись от должностей, титулов и руки прекрасной принцессы.
— Брехня, никто мне руку принцессы не предлагал, казни как таковой не было, король-кровосос был убит во время свержения, а уехал я среди бела дня спустя пару дней.
— То есть Вы, сэр Рос, тот самый рыцарь и живая легенда?
— Получается, что так. Только сегодня ночью имел шанс стать мёртвой легендой. Ладно, в пекло легенды! Что по поводу моего предложения?
— Мне надо подумать. С Вашего позволения, малец сказал, где Ваша армия расположена, так что, если надумаю и если надумают мои шалопаи из банды, мы Вас найдём. А амнистия всем положена?
— Всем и вполне официально.
— Понял, побазарим с парнями. А что это Вы там делаете, сэр Рос? — он указал на толпу моих союзников, из-за спин которых было трудно разобрать, что они засыпали могилу. — Магический ритуал?
— Хороним павших товарищей в сражении этой ночью.
— Товарищей? Простите, но Вы же тех и этих бедолаг первый раз видели?
— И что с того? Это воины, которые приняли смерть в бою с оружием в руках и они были в одном со мной строю. А пару часов или пару десятилетий, не всё ли равно?
— Вы меня впечатлили, забота о павших — это важно. А как же убитые враги?
— Вторая яма, просто скинем вповалку и присыплем листвой. Если их сожрут волки… Мне плевать.
— Мудро. Ладно, полагаю, что Вам пора.
Он пожал мне руку и растворился в зарослях, ухитряясь не задеть ветви. Да, такой руководитель мне не помешает.
Как это ни странно, но после похорон приготовили плотный завтрак и поели. Так моё сильно поредевшее воинство узнало один из принципов Роса: война войной, а обед по расписанию.
Фактически среди моего отряда произошла стремительная селекция. Я потерял примерно ⅔ войска, но те, кто остались, прошли совместное пролитие крови, доказали лояльность и были настроены решительно следовать за мной, я чувствовал этот настрой через
…
Через пару часов часть бунтовщиков вернулась и сдалась Фаэну.
Ко мне явились пара эльфов и передали эту информацию, лица при этом у них были непроницаемы. Сообщили, что вернувшиеся два десятка головорезов просят их простить. Лица эльфов ничего не выражали, но ясное дело, им было интересно, как я поступлю.
Я чертыхнулся. Да, сбежало сто, вернулось и сдалось, наивно ожидая, что я просто сделаю им «а-та-та» и прощу, двадцать. Но это ровно на двадцать больше, чем мне надо…
— Связать в цепь. Само собой, предательство я прощать не намерен.
Вторым боевым заданием моего отряда было конвоирование тех предателей, что мы тащили с собой.
Скоро мы выдвинулись лесными тропами, срезая путь к одному из межрегиональных трактов.
