– Могут убить и не только его, и не только вас. Они вообще могут убивать людей долго и много и всему этому уже пора положить конец. Думаю, с этим вы спорить не будите. Теперь о деле. Мальчик этот пропал ещё два часа назад, его личность установлена. Он учится во втором классе 24 школы. Вышел из школы после уроков, домой так и не вернулся, хотя идти ему недалеко. Его мобильный телефон выключен и не пеленгуется. Родители его уже хватились и даже успели поднять шумиху в социальных сетях. Для нас это означает, что эти господа уже в городе и настрой у них самый серьёзный. Я вам это к тому говорю, что вы теперь тоже потенциальная мишень.
Стоцкий перестал говорить и покосился на отца Сергия, видимо ему была интересна его реакция на такой поворот событий.
– Я уже смирился с тем, что вы нас всех подставили, меня, эту несчастную девушку-студентку и этого бедного школьника.
– Вы с Олесей сотрудничаете с нами добровольно, а мальчик просто жертва стечения обстоятельств, никто не хотел, чтобы с ним случилось что-то плохое, так что не разводите тут демагогию. Сейчас уже полвторого, они назначают первую точку на четыре часа. Дают нам немного времени на подготовку, у них самих, похоже, ещё не всё готово. Времени очень мало и надо провести его с максимальной пользой. У нас есть последний шанс получить какую-то информацию от Грушиной. Местоположение мальчика нам пока установить не удалось, но у секты в городе должны быть какие-то свои точки, и Светлана наверняка про них знает.
– Я, конечно, не специалист, но даже если бы эти точки и были, использовать их было бы опасно, она же могла пойти с вами на сотрудничество.
– И, тем ни менее, это хоть какая-то зацепка. Если вы знаете, как по-другому установить местоположения заложника, я весь внимание.
– Я не знаю…
– В общем так, мы уже почти приехали в больницу. Вы с Олесей сейчас отправитесь в мой наблюдательный пункт, а я пойду беседовать с нашей подопечной. Она сейчас отсыпается. Ей незаметно сделали внутримышечный укол кое-какого препарата, для стимулирования её нервной системы. У нас будет около получаса, чтобы последний раз попытаться выбить из неё хоть какую-то информацию. Поэтому я хотел, чтобы ты, Олеся, тоже поприсутствовала. Я не знаю, как повернётся наш разговор, возможно, понадобится и твоя помощь… Эта помощь теперь больше нужна не нам, а попавшему в руки сектантов мальчику. – Ты готова ему помочь? – спросил Стоцкий, глядя на Олесю в зеркало заднего вида.
– Да, конечно, я готова, но только чем я могу помочь?
– Если не получится у меня, со Светой должна будешь поговорить ты, как её старая подруга. Возможно, с тобой она будет более откровенна. Что говорить, мы тебе оперативно подскажем.
– Хорошо, – кивнула в ответ Олеся.
Отец Сергий тяжело вздохнул. По-видимому, он хотел предостеречь Олесю от подобного опасного сотрудничества, но в последний момент всё же решил промолчать.
И вот, они подъехали прямо ко в ходу в больницу. Немедля, они прошли через охрану и на служебном лифте поднялись наверх. Олеся теперь чрезвычайно волновалась. Стоцкий при этом выглядел совершенно спокойным, как будто ничего особенно не происходило.
– Может он выпил? – подумала Олеся, глядя на него.
Время теперь дорого, и я сразу иду к нашей подопечной. Вы, отец Сергий, знаете где я расположился. Идите туда. Там вас уже будет ждать Сергей Павлович. Он тоже поучаствует в этом, может быть, даст нам толковый совет по ходу дела.
Лифт остановился на пятом этаже и Стоцкий вышел из него, они поехали дальше. Отец Сергий напряжённо молчал. Они вышли из лифта и быстро пошли по почти пустому коридору. Действительно, в его конце, на лавочке, сидел Сергей Павлович Мясницкий. Он, казалось, теперь совсем отрешился от реальности и смотрел невидящим взглядом прямо перед собой в стену. Однако, он заметил приближающихся священника и Олесю и, ничего не говоря, встал и, опираясь на костыли, подковылял к бывшей перед ними двери.
Они вошли вовнутрь и расположились на бывших в комнате стульях. Перед ними было несколько мониторов, на которые выходило изображение палаты, в которой лежала Света, а также вид на коридор и даже вид на улицу под окном палаты. Они немного опоздали, так как Стоцкий уже успел зайти в палату Светы. Было видно, что Света теперь спала, лёжа на своей кровати, окно в её палату было несколько приоткрыто, а свет внутри выключен.
Сергей Павлович нажал на кнопку, подав звук с камер на динамики, и все они сосредоточились на происходящем.
Стоцкий закрыл за собой дверь и на какое-то мгновение замер. Потом он посмотрел на бывшие у него на руках часы, после чего, не спеша подошёл к кровати Светы. Тут он тоже на какое-то мгновение замер и стал тормошить Свету за плечо. Та вздрогнула и села на кровать, одна из камер крупным паном снимала её лицо и теперь было видно, что взгляд у неё был какой-то очень странный, а зрачки глаз неестественно расширены. Похоже, это начал действовать введённый ей ранее препарат.
– Это опять я, – сказал Стоцкий спокойным тоном.
– Что вам нужно?
– Мне, ничего. Но кое-кому нужна твоя помощь…
