Бекки не замечала разницы. У новоиспеченной миссис Джин Фаруэлл на всех фотографиях одинаковая улыбка. И только на этой, в рамке, мама заправила волосы за ухо безотчетным девичьим жестом. И снимок теперь стоял у Бекки дома на комоде — в Пирсоне, не в чикагской квартире.
Прием по случаю свадьбы Ингрид с Дэйвом Эско назначили на утро одного из воскресений октября. «Она сказала «ДА»!» — такая надпись красовалась на глазури под грудастым изображением Ингрид на торте для мальчишника.
В разгар праздника Ингрид уже в который раз умоляюще посмотрела на Бекки.
Они вдвоем втиснулись в одну из кабинок дамской комнаты банкетного зала «Янтарные ворота» на Тимбер-Крик-роуд. Бекки держала кринолин Ингрид и скользкий атласный подол ее платья, закрыв глаза, как того требовала подруга.
— Не смотри, — сердито говорила Ингрид. — Не на что любоваться.
— Осмотр потом пройдешь, — пробормотала Бекки.
— Заткнись! Что я могу сделать! Нашла над чем смеяться!
— Ладно, ладно, я просто пошутила.
Обе замолчали. Было слышно, как за стеной в холле переговариваются двое; один голос хриплый, другой басовитый.
— Когда говорят «утреннее недомогание», звучит так мягко, даже изящно, — пожаловалась Ингрид. — Врач сказал: иногда бывает рвота. И больше ничего! А у меня — диарея. Ужас!
— Ну… — Все это Бекки уже слышала. Третий поход в туалет после службы в церкви. Ингрид утверждала: никто не знает, почему они так внезапно решили пожениться, хотя родители рады сэкономить деньги (всего лишь утренний прием, а не три дня празднеств), поэтому Бекки не стала говорить, что другие подружки невесты сразу же все поняли.
— Дэйва красиво подстригли, правда? Мне нравится, когда сзади длинно.
— Конечно.
— Представляешь, моя тетя всячески избегала маму и вчера, и позавчера. Мы им сказали — обеим придется произнести тост под шампанское. Я же не виновата, что они такие разные. Надеюсь, тетя Кристи помолится за нас. — Ингрид попыталась пригладить прическу.
Бекки открыла глаза, поправила на голове подруги обруч с шелковыми цветами.
— Отлично. Можно идти.
Ингрид встала, и они вдвоем начали расправлять эластичный корсет по ее бедрам и животу. Снова затянутая в платье, Ингрид произнесла:
— Пойдем. Наверное, мэр Кен уже послал за тобой поисковую группу. Слушай, а его жену, случайно, не Барби зовут? Нет, кажется, Мэри. Жаль. Такой красавчик… Тогда он у меня будет Кен-Манекен. О-ох.
Обруч снова съехал набок, Бекки пришлось поправить его еще раз.
— Извини. Что?
— Он за тобой ходит, как потерянный щенок. «Ах, Бекки, какой мне дом купить? Ах, Бекки, какие мне брюки надеть? Да, вон сидит моя жена, а дома двое близнецов, но это неважно».
— Ты сама их пригласила.
— Я не думала, что они и впрямь придут! Господи, как будто мне мало волнений — вдруг кто из родственников скажет что-нибудь обидное для новоиспеченного мэра Кена Бреннана. Брена Кеннана! — Ингрид мыла руки и заходилась от смеха. Бекки знала — она пила не только розовое шампанское «для тостов». Подруги встретились глазами в зеркале.
—
—
— Дело не в волосах, глупышка. Аура «золотого мальчика». Ладно, его светлые волосы — тоже аура.
— Пожалуй.
По правде говоря, Бекки не хотелось обсуждать нового мэра, энергичного честолюбца. Он уже дважды приставал к ней с вопросами, еще когда подали закуски. На работе она вся на нервах: продвижение по службе, отчаянные попытки компенсировать недостачу на нескольких счетах. Последние два месяца она «заимствовала» слишком много — обставить квартиру в Чикаго, перевезти и повесить картины, а также устроить несколько приемов и заманить на них лучших покупателей и агентов. Старалась экономить как можно больше — кто знает, насколько внимательно этот новый мэр будет проверять финансы.
Ингрид изучала отражение Бекки в зеркале над раковиной.
— А как тебе Адам Мерфи? Между прочим, он за вашим столом.
— Мерф и еще трое возбужденных жеребцов без пары. Ума не приложу, как так вышло?
Ингрид начала темнить:
— Ну, это просто…
Свирепый взгляд Бекки заставил ее замолчать. Они вышли из туалета, едва не прищемив дверью платье Ингрид.
— Будь поосторожнее с ним, хорошо?
— Да пожалуйста. А что, Мерф не знает, как…
— Не Мерф, а мэр Кен, — прошипела Ингрид. — Он положил на тебя глаз, и мне это не нравится.
На секунду Бекки растерялась. Внутри будто тихонько звякнул колокольчик. Неужели она недооценила золотого мальчика Кена Бреннана? Может быть, он умнее, чем кажется? Она улыбнулась и сменила тему.
— Подожди минутку… я хочу сама вручить тебе подарок. — Бекки подошла к длинному покрытому скатертью столу, на котором стояли коробки и открытки.
