Талантливый господин Варг полностью

На работу Ульф вернулся около одиннадцати. И оказалось, что в кабинете он был совершенно один: Эрик был на курсах по повышению квалификации, а Анна и Карл уехали вдвоем на межведомственную конференцию. У него на столе лежало несколько папок, наверняка от Эрика, чья работа заключалась в том, что он принимал новые дела, заносил их в систему и клал Ульфу на стол в порядке их срочности. Ульф просмотрел записки, которые Эрик прикрепил к каждой папке: «Необычное нападение – в ухо укушен сотрудник американского посольства; нападавший – член Общества шведско-американской дружбы»; «Кража культурно значимого объекта из университета»; «Набивание камнями ветрового конуса в местном аэропорту». Прочитав последнюю записку, Ульф поднял бровь: Эрик положил папку в самый низ стопки, явно решив, что дело не особенно срочное, но он, скорее всего, просто не понял, насколько это серьезно. Если проделать такое с ветровым конусом, то пилот, идущий на посадку, может неправильно оценить силу ветра. Потенциально это был акт терроризма, а это в глазах Комиссара перевешивало все остальное. Но поверх трех папок лежала сложенная страница из газеты с запиской от руки на полях. Почерк принадлежал Эрику: «Слышал, как ты упоминал Седерстрёма – ты это видел?»

Ульф развернул газету. Большую часть страницы занимала фотография Седерстрёма. Писатель сидел в каком-то баре; на стойке перед ним стоял мартини. Напротив сидел человек с длинной лохматой бородой, который, казалось, спорил о чем-то с героем снимка. Заголовок, набранный крупными буквами, гласил: «Седерстрём. Имидж или реальность?» Ульф принялся читать дальше:

С тех пор, как лет десять назад Нильс Седерстрём, писатель и забулдыга, ворвался на шведскую литературную сцену, он не уставал поражать читателей своими невероятными выходками. Совсем недавно Седерстрём вернулся из поездки в Кению, где, по слухам, его вышвырнули из клуба «Матейга», места съемок легендарной «Счастливой долины». В этом эксклюзивном кабаке Седерстрёму указали на дверь из-за того, что он вел себя чересчур дружелюбно по отношению к жене одного из членов правления, ведущего организатора сафари. Ни он, ни его супруга не оценили поведения знаменитости, что же до Седерстрёма, то он не выказал ни малейших признаков раскаяния. «Осуждаю ли я плохие поступки? – заявил Нильс в интервью местной газете. – Конечно, нет! Ничего плохого в плохих поступках я не вижу!»

Читателей ждут новые шокирующие откровения о том, что на самом деле скрывается за колоритным поведением этого хулигана от литературы. Читайте в следующем номере! Заказывайте газету прямо сейчас!