— Ты только что выглядел чертовски смешно.
Джек понял, со всей определенностью понял, что Спрингфилд был и, возможно, остается точкой наибольшего соприкосновения двух миров. И в этом может заключаться причина того, что именно здесь Морган имеет наибольшую силу.
— Здесь были кучи угля, сортировочные станции, товарные вагоны и много миль путей, — говорил Ричард. — Все это находилось на том месте, где сейчас стоит Школа Тэйера. Если в любом месте копнуть землю на несколько футов вглубь, можно наткнуться на шпалы, куски рельсов и все виды руды. Но на поверхности от тех времен осталось вот это маленькое здание — Станция. Конечно, здание не могло быть настоящей станцией, как мы понимаем это слово: оно слишком мало для этого, любой скажет. Здесь находилась главная железнодорожная контора, где управляющий делами дороги и ее хозяин обсуждали организационные вопросы.
— Ты чертовски много об этом знаешь, — сказал Джек почти автоматически — его голова все еще была занята новым открытием.
— Это тоже в традициях Тэйера, — просто ответил Ричард.
— А для чего оно сейчас используется?
— Маленький театр. Там должен работать драматический кружок, но он не давал о себе знать последнюю пару лет.
— Как ты думаешь, здание на замке?
— Кому нужно вешать замок на Станцию? — сказал Ричард. — Разве что кто-нибудь решит поискать там вагоны или спереть декорации, которые выцвели еще в 1979 году.
— Значит, мы можем туда попасть?
— Я думаю, да. Но зачем…
Джек указал на дверь около теннисного столика.
— Что там?
— Торговые автоматы. И микроволновая печь, чтобы подогревать закуски и остывшие обеды. Джек…
— Пойдем.
— Джек, у меня опять поднимается температура. — Ричард измученно улыбнулся. — Давай останемся здесь ненадолго? Ночью можно будет спать на диванах…
— Ты видишь эти коричневые пятна на стенах? — раздраженно спросил Джек.
— Конечно же нет! Я ничего не вижу без очков!
— Так вот, они здесь. И меньше чем через час сюда доберутся и белые жуки…
— Ладно, — быстро согласился Ричард.
Торговые автоматы жутко воняли.
Джек предположил, что все продукты, находившиеся внутри, протухли. И оказался прав. Голубая корочка плесени покрывала ломтики сыра и кружочки ветчины, липкие струйки растаявшего мороженого стекали по корпусу мертвой холодильной установки.
Джек потянул Ричарда к окну и выглянул наружу. Отсюда здание Станции было видно уже довольно хорошо. За ним Джек увидел перекрытый цепочкой проем в заборе и служебную дорогу, ведущую за пределы Школы Тэйера.
— Через несколько секунд мы будем снаружи, — прошептал Джек. Он поднял шпингалет и открыл окно.
— Там есть кто-нибудь из этих людей? — с беспокойством спросил Ричард.
— Нет, — ответил Джек, ограничившись только мимолетным взглядом по сторонам. Уже не имело значения — есть они там или нет.
Одна из крупнейших железнодорожных станций Америки…
В окно пахнуло тошнотворной смесью свежего ветерка и зловония помойки. Джек перекинул ногу через подоконник и схватил Ричарда за руку.
— Пойдем, — сказал он.
Ричард подался назад. Его лицо вытянулось и сделалось жалким от страха.
— Джек… я не знаю…
— Это место приходит в упадок, — сказал Джек. — И очень скоро его полностью заполнят эти мерзкие жуки. Пойдем. А то кто-нибудь увидит, как я сижу на окне, и мы потеряем единственный шанс тихо, как мыши, исчезнуть отсюда.
— Я ничего не понимаю! — простонал Ричард. — Я не понимаю, что за чертовщина здесь происходит?
— Заткнись и иди за мной, — сказал Джек. — А то я брошу тебя, Ричард. Ей-богу, брошу. Я люблю тебя, Ричард, но моя мать умирает. И тебе придется выбираться отсюда самому.
Ричард посмотрел Джеку в лицо и увидел, даже без очков, что тот говорит правду. Он взял Джека за руку.
— Прости, я боюсь, — прошептал он.
— За мной, в театр! — скомандовал Джек и спрыгнул. Секунду спустя его ноги ударились о мягкую траву. Рядом с ним опустился Ричард.
— Сейчас мы побежим к Станции, — шепнул Джек. — Думаю, до нее не больше пятидесяти ярдов. Если она открыта, войдем внутрь, если нет — попытаемся спрятаться со стороны Домика Нельсона. Как только мы убедимся, что никто нас не видел и вокруг так же тихо…
— Мы пойдем к забору.
