Он шел, боясь оглядываться назад. Вечерело. За высокими многоэтажками простиралась огненно-рыжая полоса вечернего заката. Теплый ветер трепал волосы. Все казалось Саймону таким нереальным. События, произошедшие с ним, походили на нескончаемые ночные кошмары. А может он спит? И сейчас он проснется на своей прежней металлической кроватке, а все это окажется дурным сном. Хотелось бы верить, но нет. И сколько ни старайся он, Саймон, отрицать происходящее, ему это никак не поможет. Ноги ужасно ныли, извещая Саймона о том, что стоит отдохнуть, пока он совсем не упал в обморок от усталости. На радость, ему попался обычный на вид отель, который не так сильно пострадал, не считая разбитой вывески, буквы «О» и «Е» которой мирно покоились на дороге. Внутри стоял очень мерзкий запах, напоминающий что-то вроде мусора с протухшими яйцами.
Дешевая мебель, состоящая в основном из простых белых пластиковых стульчиков, деревянных столов и кресел из искусственной кожи, разбросана там и сям. Окна занавешены красными пыльными занавесками, от чего в вестибюле было довольно сумрачно. О том, чтобы включить свет, не могло быть и речи, вряд ли генератор еще работает. Глаза начали слипаться. Стоит поискать себе какую-нибудь комнату и лечь спать.
Саймон сразу же выбрал первую попавшуюся. В ней пахло не так ужасно, как в вестибюле, но зато было ужасно душно. Поэтому парень открыл окно, единственное в этом номере, и стал понемногу осматриваться. Прохладный ветерок сразу разогнал невыносимую духоту, и дышать стало легче. Потом Саймон стряхнул с одеяла и подушек толстый слой пыли и лег. Неожиданно желание спать у него отпало. В душе закралось чувство тревоги насчет приближающейся опасности. Чувство продлилось всего пару секунд, и Саймона снова гложет в сон.
«Интересно, где сейчас Дана?» — спросил он у самого себя. Не получив какого-либо ответа, Саймон закрыл глаза и заснул тревожным сном.
* * *
— Урод! Козел! Идиот! — такими словами Дана Форд проклинала Саймона Пейджа. Дай бог увидеть его еще раз, и она готова будет убить парня прямо на месте. Пусть лучше радуется тому, что ее нет рядом с ним в этот самый момент.
Посередине дороги валялась одна несчастная картонная коробка. Подходящий случай для того, чтобы выплеснуть на ней весь свой гнев, что накопился за последнее время. Дана подошла и со всей силы пнула ни в чем неповинный кусок картона.
— Вот тебе! — кричала девушка, представляя вместо картона жалкое прыщавое лицо Саймона. И оно появилось, да к тому же отвратительно ухмылялось. Желание задушить только усиливалось! С непривычной ей злостью, Дана подняла с земли грязную коробку, разорвала на несколько частей, а потом швырнула их куда подальше. В голове было нечто, вроде помутнения, секундной пустоты в разуме.
Сильно сжав кулаки, девушка громко прокричала в небо. Именно что прокричала, настолько громко, насколько позволял ее голос. Где-то вдалеке точно также кричал сам Саймон. Их ужасные вопли могли бы услышать все жители города, но к счастью или нет, никого здесь не было. Можно подумать, что каждый из них пытается перекричать другого, словно это какие-то соревнования.
Дана прекратила орать, когда почувствовала, что голос осип от долгого крика.
Ну что, допрыгалась? Тебя никто не просил орать, как резанную!
Глаза заслезились от боли и обиды на Саймона. К никому она, Дана, не проявляла такой жгучей ненависти, как к нему. Даже к Бэкки и остальной шайке у нее не было такой сильной ненависти. От бессилия девушка села на край тротуара, и не вставала с него еще очень долго. Просто потому что она устала. Она больше не хочет никуда идти. Ей хочется обратно домой, единственное родное место, оставшееся у нее. Но сильней всего хотелось, чтобы родители остались живы и здоровы, и чтобы не было никаких дурацких войн между высокомерными людьми, которые пытаются что-то там доказать. Какой вообще смысл бродить по бесконечной веренице миров, если все равно будешь пойман.
Рыжее небо навевало умиротворение. Огромные воздушные облака, что двигались на север, казались похожими на кусочки сахарной ваты. Дана молча наблюдала, как они неспешным движением плывут, сплетаются вместе, образуя одну огромную тучу. Чувство гнева незаметно испарилось, подобно тем же облакам. Они растворялись, появлялись и снова растворялись в бескрайнем пространстве небосвода.
«А уже вечереет. Надо бы и жилье себе на ночь подыскать!»
Дана встала и начала свои похождения по заброшенному городу. Но не успела пройти пару метров, как Джесси начал жалобно плакать из рюкзака. Опомнившись, Дана быстро достала несчастного котенка, но тот до сих пор пищал по непонятным причинам.
— Ну, чего с тобой? — она держала крошечный комочек в руках и недоумевала. — Может есть хочешь?
Признаться, Дана и сама немного проголодалась.
«Интересно, а тут поблизости есть какой-то магазин?»
