Бринн Финли идет в среднюю школу. И оказывается единственной русалочкой в классе, не способной творить магию! А без магических способностей нельзя стать стражем моря, как все остальные русалки. В школе и дома Бринн приходится притворяться умелой волшебницей, но она понимает, что долго ее ложь не продержится.Пытаясь решить свою проблему, русалочка связывается с могущественной морской ведьмой Федрой. Но только сильнее увязает в обмане: ведь в обмен на помощь ведьма требует ответной услуги. А намерения у нее вовсе не добрые…Как выпутаться из паутины вранья, которую ты сама же сплела, и предотвратить надвигающуюся катастрофу?
© 2020 by Amanda Luzzader
© Семенова Н., перевод, 2021
© ООО «Издательство АСТ», 2021
Посвящается моей матери, Барбре
Спасибо за то, что подстегивала мои креативность и воображение
Юным русалкам и русалам, когда они вырастают, открывается множество разных занятий и видов работы. Они могут стать учителями, офицерами полиции или дантистами.
Кое-кто, повзрослев, начинает проектировать дома и офисные здания, другие их строят. Есть русалки-доктора, художники и ученые. Русалки выбирают тот род деятельности, который лучше всего соответствует их интересам и способностям. Но кое-какая обязанность лежит на всех.
Магия.
Русалки всегда были стражами океана, защитниками морей, и они используют румагию, чтобы водная среда оставалась безопасной и здоровой. Весь морской народ относится к этой обязанности очень серьезно.
Бринн Финли рассказывали о ее румагии и охране моря с тех времен, когда она была совсем крохой. Едва ей исполнилось пять, как Бринн спросила родителей:
– Когда я вырасту, я тоже буду стражем моря? Как вы?
– Верно, – ответила ее мама, Дана. – Ты будешь стражем моря.
– Как же я смогу охранять целое море? – Бринн огляделась, казалось, на бесконечный аквамариновый океан.
Папа Бринн усмехнулся. Его звали Адриан.
– Ты будешь не единственным стражем, – объяснил он, – и тебе не придется охранять весь океан в одиночку. Сперва ты будешь помогать маме и мне. И у меня такое чувство, что впоследствии дело кончится тем, что мы станем помогать тебе.
Папа Бринн не был важным или влиятельным русалом. Он не мог похвастать ни бугрящимися мышцами, ни гривой золотистых волос, как у многих других. Адриан не был ни могучим воином, ни неустрашимым исследователем глубин: он всего лишь работал в ресторане и считался отменным поваром.
А еще он был худым и безбородым. Синие волосы Адриана были коротко подстрижены, и он носил очки. Но, так или иначе, глаза его светились добром, и Бринн знала, что он – один из умнейших русалов вокруг.
– Мы все помогаем охранять море, – рассказывал Адриан девочке. – Все вносят свой вклад.
«Но океан так огромен», – подумала Бринн, хмуря брови над темно-голубыми глазами и моргая.
Адриан взъерошил лавандовые волосы дочери:
– Не раздумывай об этом особенно много. Когда начнешь учиться румагии, все поймешь.
Теперь Бринн исполнилось двенадцать – почти пришла пора идти в среднюю школу. Девочка была не слишком высокой, зато ее лавандовые волосы отросли, а хвостовой плавник ослепительно сверкал оттенком морской волны. И теперь Бринн начинала понимать, сколь важна и благородна эта работа – заботиться об океанской жизни. Она видела, как мама и папа трудятся над подводными проблемами, и это пробуждало в ней чувство гордости за то, что она – русалка.
Так что, когда небольшая стайка дельфинов приплыла в подводную пещеру, которую семейство Финли называло домом, Бринн насторожилась. Ее отец пригласил дельфинов внутрь. Они торопливо щелкали и посвистывали. Бринн оставалась в коридоре, но подплыла поближе, прислушиваясь. Дельфины продолжали свистеть и пищать.
Бринн не понимала ни словечка.
На самом деле понимать дельфиний или говорить на нем совсем не просто. По сути, Бринн даже не знала, как сказать «привет» или «где тут ванная?» подельфиньи. Да и никто не знал. Но папа Бринн сложил тонкие руки на груди и кивал в ответ на болтовню дельфинов. Как и большинство русалов, он мог общаться с ними при помощи румагии.
Не многие из морских животных достаточно хорошо способны выразить, что у них на уме, чтобы с ними можно было разговаривать. Пускай наутилусы с их драматичными полосками, спиральной раковиной и острыми глазами очень симпатичны – сказать им особо нечего. То же касается медуз и морских огурцов – если по правде, скучноватые ребята. А уж от морской губки и вовсе ничего не добиться.
С другой стороны, осьминоги очень хорошо говорят и широко известны своим чувством юмора. Но многим другим рыбам и морским существам просто нечего сказать, кроме как передать несколько простых настроений и ощущений. Фактически у большинства рыб, похоже, есть всего два режима: «голодна» и «хочу спать», – и они твердят либо одно, либо другое слово, в зависимости от самочувствия. А чуть более сложные морские существа могут еще сообщать о своем страхе или опасности.
Как известно большинству людей, дельфины очень умны. Считается, что кое в чем они не уступают морскому народу, так что много лет тому назад русалки и дельфины научились сотрудничать. Дельфины были глазами и ушами океана. Они предупреждали морской народ о проблемах и чрезвычайных происшествиях, а русалки прибегали к своим магическим силам, чтобы помочь.
Вот почему Бринн, даже не понимая, что говорят дельфины, знала, что где-то неподалеку в море стряслась беда.
