– Вот, – начала любезно Лора, открывая дверь, ту, что справа. Показала, как включать кран, что крутить и нажимать. Здесь был санузел, широкая раковина с краном из позолоты, душевая кабина с мозаичным полом, выполненным в сине-бело-голубом цвете мозаики.
Лора вышла, Кэт, закрыв дверь за собой, повернула замок. Странным казалось то, что она не чувствовала себя здесь чужой, ненужной, оскорблённой. Здесь дом проникал в самое её нутро и, как бы, приглашал. Душа отзывалась, истинные печали становились желанием познать его дух, слиться в любви, меняя жизнь обоих. Здесь в каждом жесте всё: искренность, доброта, гостеприимство, благонадёжность, заинтересованность в тебе, забота – любовь здесь в каждом сантиметре. И страсть. Обыденная, как припекают лучи солнечного света. В каждый день. Палящая, всеобъемлющая, но незаметная страсть.
И если в мире существовала одна гражданка, которая полагала, что мир её не любит, причём не просто полагала, а думала об этом так часто, как только могла, то вот она. Сейчас стоит под струёй мягкого и нежного душа в доме, в котором всё пропитано и сделано с любовью, для любви.
Вся пикантность ситуации заключается в том, что она-то как раз является одной из любимиц нашего мира, и он ей это непрерывно демонстрирует. Но деликатно и не напрямую. И вот теперь тайные знаки, люди, истории и приключения, прошлое, настоящее и будущее – всё переплетается и сходится в одной точке здесь. Тогда, нынешняя заварушка окажется доброй рождественской историей любящих и любимых, подбадривая малодушных и стыдом для остальных. Тогда узрит читатель мир, полный любви, и повсюду посылаемые ему знаки.
С самых первых минут пребывания в Крыму Кэт сделала свой выбор раз и навсегда. Она останется здесь, счастьем окрылённая. Только бы ей найти отклик в людских благородных сердцах… и жить здесь. Никакая заграница не сравниться с родной землицей и её богатствами. Это Рай. Вот он, – Рай на земле. Хотелось обнять его весь, сделать чище, понятнее для остальных. Здесь силы даются Богом. А это самая высшая непосредственная близость, связь, что будет Творить здесь вечно. Инстанция высоких небес, Творение великого Творца.
Приняв душ, сделав омовение волос, она вышла из кабинки, замотала на голове полотенце синего цвета «Bosco sport» и принялась чистить зубы над широкой квадратной раковиной. Кто-то хлопнул дверью за душевой дверью. «не Сергей ли Геннадьевич», – подумала она, продолжая лёгкими движения во рту зубной щёткой и крымской зубной пастой.
Немного погодя кожа впитала воду. Она нанесла увлажняющий крем на тела, сняла полотенце с головы, надела трусики, повязала полотенце на тело и расчесала влажные волосы. Немного подкрасив ресницы, нанесла тени на брови.
– Всё, я готова, можно выходить, – сказала себе в отражении большого зеркала над раковиной. Аромат от геля для душа, шампуня и молочка для тела смешались с ароматом лаванды. Отворив замок, вышла.
В коридоре никого не было. Кэт спускалась по лестнице, завернула влево. Ещё лестница. На кухне тоже никого не было. Просторная атмосфера была наполнена особенны волшебством. В воздухе витала свобода. Здесь летали, соприкасались друг с другом и взрывались частицы золотой пыли или неоновых молекул, от которых глаза искрились, а улыбка на лице образовывала ямочки на щеках.
Кэт шлёпала босыми ногами по мраморному полу. Улыбка образовывалась сама собой от удовольствия, которое доставлял ей этот звук. Ощущения, что ты здесь главная героиня своего романа. Хозяйка своей судьбы? Это нельзя описать просто словами или даже романом-трилогией. Но то чувство, которое проникает от увиденного фильма или то, что успевают запечатлеть глаза в затворе фотокамеры, и будет доказательной базой всему вышеперечисленному и услышанному.
Дом был пуст. Пройдя через гостиную, Кэт обнаружила всех во дворе у бассейна. Сергея Геннадьевича не было. Его одолжили из семейной дружеской идиллии неотложные дела.
По-свойски она вышла во двор, через несколько шагов завернула направо, где спустилась по лестнице вниз. Взявшись за дверную ручку, опустила её вниз. Дверь отворилась, и она вошла в баню. Она оказалась тут впервые:
– Надеюсь, я правильно иду.
Озираясь по сторонам на стены предбанника, прошла вперёд. В нишах стояли глиняные горшочки, на стенах висели пейзажи природы и сушёная лаванда. Справа стоял большой длинный стол, вокруг него мягкие кресла из материи и диван. Далее нажав на ручку вниз, открылась дверь. В ящичке под раковиной лежал фен, достала его, размотала шнур и воткнула в розетку. Ещё несколько минут она сушила и выпрямляла феном свои кудрявые белокурые волосы.
Выполнив процедуру, которая увенчала конец подготовки, выполнила всё в обратном порядке и вышла.
Кэт вышла из санузла в бане, закрыв за собой дверь. Осмотрела всё вокруг, ни на чём не заостряя внимание. Выйдя из бани, поднялась по лестнице и присоединилась к «святой троице», сидевшей за столом. Тихо играл магнитофон, кажется, это радио и песни 80-х или 90-х.
– Какие планы? – сразу начала она. Слово, конечно совершенно чужеродное здесь, но все поняли смысл.
