В моём детстве у нас на всю семью в аптечке всегда, сколько помню, были только парацетамол, если уж голова разболеется, а такое было крайне редко; мазь Вишневского от ссадин и каких-то глубоких ран, правда, запах у неё был у-у-ух, – улыбнувшись, вспомнила Кэт. – А, ну и банки с горчичниками, если мы с братом, вусмерть нагулявшись по сугробам, простынем. Хотя и это было редко. «Мы, – с высоко поднятой головой сказала Кэт, – поколение, чей иммунитет крепок и силён». Наш дух не сломить какой-то выдуманной хвори или надуманным вирусам. Поэтому мы не пьём таблеток и по сей день. – Чуть помедлив, Кэт добавила: – Таких в мегаполисах нет уж точно. Но я знаю, что любовь – это тоже лекарство! Может, вскоре, вся правда вскроется и миру станут известны новые подробности о пандемии. Пока я не верю.
Кэт на секунду замолчала, ощущая в себе горечь и мучительную боль от вопроса мегаполисов, который терзал её сейчас на священной земле: во что превратились люди и куда они катятся со всеми своими ротациями, транквилизациями, постулациями, рекламой и этого тупого призыва «купи».
Грудь защемило от нестерпимой боли к окружающей природе, а ещё острее к тем возможностям, на которые способен человек. Она продолжила:
– Этот тупой век, *лядские нормы, тупой круговорот потребителей. Одна кучка тупых людей открывают кучу производств, которые потребляют море энергии, затрачивают массу природных ресурсов, выкапывают полезные ископаемые, уничтожают лес, а после сбрасывают свои отходы в реку, в море, в землю. И всё это ради наживы, ради вонючих денег. Делают пластмассовые игрушки, пластмассовую мебель, пластмассовую одежду и обувь, чтобы спустя месяц или два весь этот мусор оказался многомиллионной свалкой, отравляющей животных, воздух, всё. А другие финансируют всё это дерьмо. Пусть сначала уважать бы научились и воспитали в себе любовь. Ко всему нужно уметь относиться бережно.
Инна, которой нечего ответить, отвернулась к окну, раздражённо вздохнув. Да, обе они были разными по смыслу, по стремлениям, по вкусам, но в них текла кровь, и они обе были из плоти.
Через несколько минут вернулись Лора с Игорем, и они тронулись до дома. Через пять минут машина подъехала к калитке. Выйдя из авто, Лора отворила дверь калитки, девушки вошли в коротенький двор между входной дверью в дом. Игорь парковал авто.
Девчонки зашли, сняли обувь и прошли в холл. Кэт сняла сабо и сразу достала из чемодана в прихожей купальник чёрного цвета с позолоченными вставками, любимые спортивные шорты чёрного цвета «адик» и коротенькую спортивную борцовку. Вечер предстоял быть классным.
Отправившись в ближайшую уборную на первом этаже, Кэт сняла там платье, джинсовку, шляпу и переоделась. Ей нравился спортивный стиль. Нынче веяния моды такое. В нём чувство особой свободы, никакого стиля. Что нёс собой этот день? Человеческий мозг, знания, которыми люди наполняют его подчас слишком малы перед замыслом Божьим и его вседержимостью.
Все разбрелись по дому кто куда. Инна отправилась сразу на кухню. Кэт стояла рядом с ней. Вскоре сюда же спустилась Лора, после присоединился Игорь. Как оказалось, Сергей Геннадьевич тоже уже был дома. Он спустился со второго этажа с вопросом «Ну, как съездили?», обращаясь то ли к Лоре, то ли ко всем присутствующим. Лора отреагировала ответила первой: «А, нормально». Она чем-то была занята в гостиной, Игорь открыл холодильник.
– Лора! «А где пиво домашнее?» —спросил Игорь, глядя в холодильник.
Спустя несколько секунд Лора отозвалась:
– Игорь, внизу, там в банке стоит.
Игорь нагнулся и взял в руки жестяную брендированную баночку, купленную в магазине, посмотрел на неё и поставил обратно. Кэт стояла рядом с ним и увидела на нижней полке литровую банку под крышкой с какой-то тёмной жидкостью. Инна стояла за столешницей и нарезала арбуз. Сергей стоял подле и наблюдал за происходящим.
– Игорь, – обратилась Кэт к Игорю, – да вон же банка.
Смекнув, что домашнее пиво так и должно выглядеть, Игорь холодно проигнорировал её слова, будто никто ничего не говорил. Кэт не обижалась. Райская атмосфера творилась вокруг. Что-то чарующее, невероятное происходило здесь. Ощущение высшего наслаждения ежесекундно, без причины, просто так. Радость в каждом мгновении, состояние отличного настроения и восторга. То чувство, когда зрение не нужно, чтобы видеть, и слух не важен, чтобы слышать, разум находится в странствии, создавая подробные и интересные ощущения от аур и энергий, которые представляют собой люди, что рядом. Волнения и сильные чувства, что витают в воздухе, буквально пропитывая всё вокруг.
– Там ещё дынька есть, – обратился Сергей к Кате, стояла возле холодильника. – Если она ещё не испортилась. Хочешь?
Кэт бросила беглый взгляд на Сергея и будто сквозь него. Она словно избегала прямого попадания своего взгляда в его глаза. Но и он надежно скрывался за вратами своих зениц.
– О, да-а-а! – восторженно воскликнула она. – Конечно, хочу. М-м-м! – Во рту повысилось слюноотделение. – Сейчас проверим.
