В течение суток неспешного хода, оставив за кормой давно скрывшийся за горизонтом Лангеог, мы оказались среди архипелага небольших островов, высоких вулканических и плоских атоллов. Выбрав один из них, с достаточно высокими горами — следами вулканической деятельности — там обязательно будет пресная вода, решили пристать на отдых. В конце концов, ради него мы и путешествуем.
Узкий неглубокий фьорд вился между заросших буйной тропической растительностью высоких скалистых берегов. Белые скалы уходят в зелёную прозрачную воду. Дно фьорда покрыто белым песком. Глубина метра три, не больше. Только, только пройти. И мы идём. Вся команда и пассажиры на палубе. Паруса убраны, над палубой растянут полотняный навес. Ёрочка на носу, занят промером глубины, Аделька на корме с лотом. Я на самом верху грот мачты, стою прижавшись спиной к ней на марсовой площадке и занят проводкой корабля.
— Полторы! — кричит Ёрочка с носа. Полторы сажени, значит
— Скорость два! — вторит Аделька с кормы.
Два узла. Много. Придерживаю биландер.
— Скорость один! — снова кричит Аделька.
Сиджи и Ют на снастях. Ширина фьорда такова, что мы едва не цепляем концами реев за противоположные скалы. Я телекинезом направляю наш гордый кораблик к уже видному берегу. Мимо ползут, восхищая всех, высоченные, выше мачт, скалы. Ещё метров сто и встанем на якорь, если глубина позволит — в конце фьорда видна прелестная бухточка, как раз для биландера. Если нет, то долго ли копнуть тем же телекинезом песчаное дно, выбирая грунт для постановки корабля на ровный киль?
Глубины хватило. Почти. Метров двадцать до берега осталось. Нам хватит. Дно понижается отлого — самое то для купания. А берег! Ослепительно-белоснежный песок пляжа, уходящий в таинственную густую тень деревьев. Подлеска нет. Сбоку, вдоль одного скалистого берега из леса течёт ручей. Пресная вода.
— Якорь забрал! — докладывает наш боцман, плюхнув с носа здоровенную железяку в близкое дно. Вода едва его покрывает. Поставь стоймя и проушина, в которую пропущен канат, окажется на воздухе. Второй якорь летит с кормы.
— Стопора отпустить! — командую я и Ёрочка, чуть вытравив якорные канаты, крепит их за кабестаны. Канаты натянулись и наш кораблик остановился.
Упоительный аромат крупных ярко-розовых цветов буйно цветущего дерева достигает нашего носа. Птицы, никогда не видевшие людей, носятся между снастей. Биландер развернут бортом к берегу. Знаю, что не самое удачное положение для причаливания к необорудованному берегу, но, будем надеяться, способности менталистов помогут в случае чего.
Окидываю телеметрией весь остров сразу. Крупных животных и людей нет. Птицы, маленькие ящерки, раки-отшельники с раковинами на задней части тела — вот и вся живность. Опасности нет.
Внимательно приглядевшись к берегу, перемещаюсь к самому урезу воды. Цепляя пятки носками туфель, скидываю их и, сделав пару шагов от мелких волн, погружаюсь пальцами ног в горячий песок. Кайф!
Под моим взглядом телекинез обматывает поданный с борта канат вокруг ближайшей пальмы. Следом за мной телепортируется Ют. Сиджи, как старший помощник, пока на корабле. Мы идём с мальчиком в густую тень. Метров через пятьдесят отыскиваем бамбуковую рощицу. То, что надо! Стволы бамбука доставляются левитацией к воде и тут же, под нашими пристальными взглядами из них начинают собираться сходни. В дно впиваются столбики, на них крепятся перекладины и от берега тянется мостик. Шириной чуть меньше метра. Пока без перил. Но на биландере уже жаждут сойти. Особенно нетерпелив Веник — взобрался на планширь борта и, держась за ванты, дирижирует рукой постройкой сходней. Вдвоём с Ютом мы меньше чем за пять минут заканчиваем работу и начинам принимать на берег попискивающих, не столько из-за страха, сколько из-за кокетства, омег.
Ингрид спит и Эльфи остаётся с ним на судне. Сейчас вахта Ёрочки и он тоже там.
А остальные с восторгом осваивают берег.
У берега противоположного тому, где протекает ручей, есть в тенёчке место с торчащим из воды гладким камнем похожим на спинку стула. Этот камень я облюбовал для посиделок и принятия морских ванн. А что? Захожу в воду до камня и сажусь, привалившись к нему спиной. Глубина по грудь сидящему. Вода тёплая, близко к тридцати градусам — течения во фьорде нет и вода прогревается под яростными экваториальными лучами Эллы до очень комфортных температур. Со мной Сиджи и Ют. Я держу безрукого омежку перед собой и перебираю пальцами его бордовые пряди волос. Ют пристроился справа от меня и тоже запустил пальцы в волосы. Только в мои. Мелкие, едва заметные волны колышут наши тела. Хорошо. Мы молчим. Говорить нам не нужно. Менталисты чувствуют ощущения окружающих. Нам хорошо и друг с другом.