— Шая, — убирая мою руку в сторону, все же подплыл он ко мне почти вплотную, — я сейчас сделаю кое-что, ладно, и мы поговорим. Клянусь, что выслушаю тебя как на духу. Идет? Можешь потом хоть до смерти меня заговорить. Договорились?
— Э-э-э…сделаешь что? — шепотом уточнила я, сердце билось в груди раненой птицей, а дыхание вырывалось из легких прерывисто и рвано.
— Одну вещь, всего одну, — вкрадчиво пообещал он мне.
— Одну?
— Обещаю, — тихим шепотом.
— Ну хорошо. Но только одну.
И все, разговоры накрылись медным тазом. Последний рывок в мою сторону, аккуратный хвост намотан на руку, голова резко оттянута назад, второй рукой зафиксирован подбородок и умелые губы впиваются в мой рот. И сразу влажный, полный страсти и огня, поцелуй, язык к языку, ритмичные скольжения и поступательные ласки. Низ живота прошивает спазм возбуждения такой силы, что меня выгибает и я гулко и протяжно стону в его алчный рот. Он не пожирает, но нежно насилует меня своими губами, словно показывая на примере как сильно скучал и тосковал по мне. От обилия нахлынувшей страсти и облегчения, из уголков моих глаз срываются слезинки, теряясь в волосах и не выдавая обуревавшего меня наваждения. Он рядом, он со мной — бьется в моей голове!
— Посмотри на меня! — святой Космос, ну почему он остановился?
— Открой глаза! — уже не просит, а требует.
С огромным трудом получается разлепить веки, взгляд расфокусирован и подернут дымкой, я ничего не соображаю. Почему он остановился и чего хочет от меня? В груди сердце грохочет с такой силой, что я даже не слышу своего сиплого надсадного дыхания. Чего он добивается? Чтобы я сама подалась к нему? Начала выпрашивать? Умолять?
— О чем ты хотела поговорить со мной? О чем мы должны договориться? — спросил он хриплым сексуальным шепотом, едва касаясь кожи на моей шее.
Я попыталась собрать мысли в кучу и ответить хоть что-то вразумительное, но получилось только понять, что меньше всего на свете мне сейчас хочется разговаривать.
— Ну что же ты молчишь, девочка моя, м? — продолжал допытываться Каин, попутно переходя к более смелым поцелуям в области декольте.
Одна рука все еще фиксировала за хвост мою голову, а вторая нагло и решительно спускала бретельки моего, на этот раз, слитного купальника.
— Боже, они еще прекраснее, чем я помнил и мечтал, — простонал он, приподнимая одной рукой грудь и одними зубами аккуратно прикусывая сосок. После этого я перестала скрывать срывающиеся с уст стоны, это стало невозможным.
— Самые аппетитные и охуенные сиськи галактики, — шептал, не прекращая ласкать ртом налитые полушария.
Спустя несколько минут сладких, выворачивающих нутро, пыток, Каин решил, что пора сменить место дислокации. Подхватив меня под попу, он одним быстрым и верным движением стащил с меня мокрый купальник, затем пристроился между моих ног и поднялся из бурлящей ванны. Практически тут же опустил меня на стоящий рядом лежак, задрал к верху мои руки и зафиксировал их к спинке моим же бывшим одеянием. Ой, мамочки, что же сейчас будет?
Я полулежала перед ним абсолютно обнаженная, с торчащими кверху возбужденными сосками, ноги разведены в стороны, и он стоит между ними на коленях и смотрит прямо туда! Стыд опалил щеки, жаркая волна прошлась по груди и скатилась к влажным, набухшим складочкам.
— Я сейчас вылежу тебя там, Шая, — облизывая губы, прохрипел Архонт и от этого нежного бархатного обещания моя девочка намокла еще больше, если это вообще было возможным. Да, пожалуйста, делай это, делай уже хоть что-нибудь!
Каин поднялся на ноги, не отрывая от меня горящих огнем глаз и одним резким движением, без показушничества, снял себя плавки.
О да, я смотрела и не могла насмотреться, глаза будто бы на клей посадили, наверное, на лежаке останутся следы — доказательство тому, что я видела и мне это понравилось.
Рука Каина прошлась по низу живота, опустилась ниже и обхватила огромный толстый член, который торчал в ее сторону, как стрелка долбанного компаса. Он принялся медленно наяривать свой орган, не отрывая взгляда от моей раскрытой для него киски, прикусив нижнюю губу. Я прикрыла глаза более не в силах терпеть эту чувственную пытку, во рту у меня скопилась слюна, при виде его очевидного возбуждения, и я вспомнила ту служанку на Этао, что брала в рот у садовника и, Господи Боже, мне захотелось сделать так же.
И мне больше не было стыдно!
Его руки вернулись ко мне, ласково прошлись по бокам, груди, животу, плавно отвели праву ногу в сторону, а левую закинули к нему на плечо. Придвинулся ближе, ощутимо куснул, поочередно, за оба соска, прошелся руками между ног, но не касаясь самого главного. Тело было слишком перевозбуждено и когда желание сделалось невыносимым, я, наконец-таки не выдержала, мне стало все равно:
— Каин, пожалуйста…
— Пожалуйста, что? — тихо промурчал где-то в районе сосредоточения всех моих потребностей.
— Помоги мне, — ничего не соображая простонала я.
И он, наконец-таки, прижался ко мне губами, и я больше не могла ни думать, ни дышать, только чувствовать и наслаждаться.
