Виана безропотно встала и пошла за ним, понимая, что заслужила хорошую взбучку, однако учитель всю дорогу хранил молчание.
— Собирай вещи, — велел он уже на подходе к хижине.
— Что, прости?
— Вещи собирай, или оглохла? Постой-постой… конечно, оглохла, причем давно. Ты же не слышала, что я просил тебя остаться дома. Я думал, до тебя дойдут мои слова, когда ты обнаружишь запертую дверь. Послушай, Виана, что непонятного в словах «не ходи на праздник цветения»?
У Вианы заметно полегчало на душе. Совладать с гневом Волка было проще, чем с его безразличием.
— Мне нужно было найти Дорею, — попыталась оправдаться она. — К тому же ты не имеешь никакого права держать меня взаперти.
— Отлично, — отозвался Волк, — теперь, благодаря тебе и твоим правам, мы лишились дома.
Виана приготовилась ответить, но ее остановили последние слова.
— Почему? С какой стати?
Потеряв терпение, Волк с тяжелым вздохом втолкнул девушку в хижину.
— Дикарям известно, что ты жива, — медленно, с расстановкой, будто несмышленышу, втолковывал он. — Ты пустила стрелу в грудь их короля, дикари видели, как ты ускакала в лес, и теперь ты считаешь, что они спустят это дело с рук?
Виану будто обухом по голове ударили.
— Нет, конечно, нет, — согласилась она, — думаю, в поисках нас они прочешут весь лес.
— Не весь, — уточнил Волк, — а ближайшую к деревне полоску, где и стоит наш дом, так что не стой столбом как дура, а собирай вещи. Да пошевеливай задницей, у нас мало времени.
Виана послушно принялась за дело. Она удивилась, поняв, что у нее есть вещи, которые хотелось бы сохранить. В лес она пришла с пустыми руками, но за это время сумела накопить кое-что поважнее оставленных в Рокагрисе платьев и драгоценностей: меховую куртку, охотничий нож, лук и колчан, сапоги из мягкой кожи, деревянную плошку, трут и кремень для разжигания костра, веревку для силков. Закончив сборы, девушка закинула на плечо почти невесомую котомку, с изумлением отметив, что с ее содержимым можно идти хоть на край света.
Виана вспомнила о своей потере — бархатной шкатулке, спрятанной под кроватью незадолго до отъезда в Нормон, где она встретила Арака. «Верну ли я ее когда-нибудь?» — спросила она себя. Драгоценности были памятью о матери, и Виана не хотела их потерять.
Девушка постаралась отбросить эти мысли прочь и вышла из хижины. Волк уже поджидал ее, готовый отправляться в путь.
— Куда пойдем? — поинтересовалась Виана.
— Сама увидишь, — буркнул он и с грустью посмотрел на хижину в последний раз.
Виана шла по лесу следом за Волком, смирившись с тем, что тот будто воды в рот набрал. Было очевидно, что учитель не в духе; уход из дома дался ему тяжелее, чем он хотел признать, и девушка чувствовала свою вину. И в самом деле, Волк запретил ей появляться на празднике и даже запер в хижине, а она навела в деревне большой переполох и подвергла себя ненужной опасности. Волк уже дважды спас ее от дикарей. Она же дважды сбежала, бросив человека, который мог дорого заплатить за связь с ней. Виана подумала об Айрике и его родных. Из-за нее они снова в опасности? И что там с Дореей? «Вот дура, — мысленно обругала себя Виана. — Волк прав: мое тщеславие едва не стоило нам жизни. О чем я только думала, выпуская стрелу? Заразилась пылом Айрика, что такая простая девчонка как я, сможет одолеть короля дикарей!»
Внезапно она вспомнила, что идея-то была не столь безумна. Выстрел был отличным. Стрела вонзилась Араку прямо в сердце. Когда дикарь выдернул стрелу, она была окровавлена.
В голове завертелись миллионы вопросов.
— Волк, — робко позвала Виана не в силах молчать и дальше.
— Что еще? — ворчливо отозвался тот.
— Ты же знаешь, что я стреляла в Арака из окна, правда?
— Все только об этом и судачат. Раз уж рисковала бестолково, так хоть бы прицелилась путно.
— Послушай, я вот что хотела сказать. Я ведь в него попала.
— Что? — Волк резко крутанулся на месте, и Виана едва не врезалась в него.
— Я попала ему прямо в сердце. Когда Арак вытащил стрелу из груди, она была вся в крови.
Волк хмыкнул и, не говоря ни слова, пошел дальше.
— Ты слышал, что я сказала? — не унималась Виана.
— Слышал. А теперь закрой рот и шагай, иначе мы до ночи не доберемся.
Продолжая себя винить, Виана поборола любопытство и удержалась от дальнейших расспросов о своей судьбе. Неудача на празднике цветения преподнесла девушке изрядную порцию смирения. Она молча шла за Волком по уже неведомому ей густому, почти непроходимому лесу, в котором не было тропинок. С тревогой и возбуждением Виана гадала, доберутся ли они до чащи, где, согласно народной мудрости и словам Оки, таятся большие опасности и непостижимые секреты. Но поразмыслить об этом серьезно девушка не могла; нужно было поспевать за Волком, а передвигаться по густым зарослям, несмотря на всю сноровку, было очень тяжело.