Подобрав брошенную винтовку, я развернулся к нападавшим. Пули барабанили по нагруднику и шлему, отскакивая со смешным звоном. Экран в точности передавал изображение, транслируемое наружными камерами. Подняв винтовку, я с трудом затолкал металлический палец в отверстие спусковой скобы, навёл прицел на ближайшего из нападавших и нажал курок. Переключённая на одиночную стрельбу, винтовка сердито рявкнула и выплюнула один выстрел. Человек вскрикнул и упал на землю, начав судорожно кататься по ней, держась за живот.
Только тут до меня дошло, что я сделал. Я выстрелил в человека. Одно дело тоннельщики, они чудовища. Но это — живой человек. Такой же, как и я.
К чёрту. Отставить человечность. Если подставлюсь, они убьют меня — и глазом не поведут. Я должен быть таким же. Хладнокровным и решительным. Как всегда.
Проглотив жалость, я выстрелил ещё раз. Человека рвануло в сторону от удара, вверх взмыл фонтанчик крови, после чего он перестал двигаться. Выстрелив ещё несколько раз в ближайшего из нападавших, я убил и его. Остальные, не имея укрытий посреди тоннеля, бросились назад. Атаковать их уже не было смысла.
Развернувшись, я побрёл навстречу своим друзьям, уже бежавшим мне на помощь. Когда я рассказал о ранении, Регина помогла мне снять экзоскелет и попросила показать рану. Увидев её, мы оба замерли.
Кровь была тёмно-фиолетовой.
Комментарий к 8. Утес
Извиняйте за задержку, дела были)
Бета: Отбечено.
========== 9. Одиночка ==========
Кровь была тёмно-фиолетовой. Вязкой и липучей, словно сироп.
Я в ужасе смотрел на своё плечо. На лице Регины тоже был написан страх. Кожа вела себя как бумага, рваными обрывками обрамляя рану, из которой сочилась тёмная жижа. Моя кровь. Я становился тоннельщиком.
— Как… как выглядят мои глаза? — дрожащим голосом спросил я.
Ужас сжимал моё сердце, всё тело пробирала дрожь.
— Начали выцветать. У тебя со зрением всё в порядке? — сдавленно сказала Регина, вглядываясь мне в лицо.
— Пока что да.
— Давай перевяжем тебя.
— Какого… — это подошёл Дик.
— Извини, что не сказал тебе раньше. Похоже, я превращаюсь в чудовище.
— Как это случилось? Ты наслушался шёпота? — догадался он.
— Да…
— Это ведь не лечится? — спросил он у Регины.
— Это не болезнь, чтобы её лечить. Насколько мне известно, ещё никому не удавалось вернуть заражённому нормальный вид. Это необратимый процесс.
Каждая её фраза, словно нож, вонзалась мне в сердце. Страх сковывал моё тело. Никакого самоконтроля бы не хватило, чтобы совладать с ним. Я уже начинал слышать тихий шёпот у себя в голове.
Завыв от ужаса, я нырнул обратно в скафандр и захлопнул его. Шёпот исчез. Краем сознания я подметил этот факт.
Внутри было сухо и тепло. Очень уютно. Страх начал отступать, давая место логике.
Как я и думал, экзоскелет защищает от шёпота. Однако защиты хватает только на верхних уровнях. Когда я был внизу, у платтера, шёпот проникал сквозь экранирование и поражал меня. Следовательно, нельзя туда спускаться. Также нельзя проводить много времени вне скафандра. Теперь эта броня станет моей тюрьмой, из которой я смогу выходить лишь на ограниченное время. Понадобятся ещё батареи.
— Дик, — подавленно сказал я.
— Да? — нерешительно ответил Диксон.
— Возвращайся в деревню.
— А как же ты?
— В таком виде я не могу вернуться. А вот ты нужен остальным. Ты ведь лидер и опора нашей добывающей группы. Без тебя там всё может рухнуть.
— Я даже не знаю…
— Ты и так уже помог нам. Спасибо тебе.
— Ладно. Удачи тебе, — сказал он, печально вздохнув.
— Регина, ты тоже иди. Тебе не…
— Ну уж нет, — сразу сказала она. — Я останусь.
— Мой путь будет очень опасен. Я не хочу подвергать опасности кого-то из вас, — холодно ответил я.
— Прекрати обо мне заботиться! Я и сама могу за себя постоять.
— Знаю, но я дал обещание.
— Постой… неужели ты всё это делал только из-за обещания?
— Конечно, — просто ответил я. — А зачем бы мне помогать охотнику?
— Я ведь всё тебе рассказала… Я… я думала, мы друзья!
— Это ничего не меняет, — отрезал я.
— Но я же помогала тебе! — выкрикнула она.
— Да. Потому я тебя с собой и взял. Ты была полезна.
— Ты использовал меня, — сказала она.
— Можешь называть это так.
— Мне кажется, ты это уже слишком, друг… — сказал Дик.
— Не вмешивайся. Это наше дело.
— Ты её обидел!
— Она сама виновата в том, что строила иллюзии. Я лишь исполнял последнюю волю человека, который смог заслужить моё уважение. Я ничего к ней не испытываю.
— Какая же ты сволочь, — прошептала она.
Регина взяла свою винтовку и пошла прочь неуверенной походкой.
Дик постоял некоторое время возле меня, нерешительно оглядываясь, потом сказал: «Прощай» — и побежал вдогонку. Я остался один. Всё шло идеально.
