— И это тоже. С молью она нещадно боролась до конца своих дней. Незадолго до смерти, когда бабуля пришла в себя, первое, что спросила, не забыли ли мы с мамой рассовать в шерстяные носки пакетики с сухой полынью.
— Мы оставляем бабочку?
— Пусть сидит, — разрешила Лида. — На твоем цветочке она смотрится так гармонично, будто он создан специально для нее.
Она успела нарезать мясо, выложить на листья салата помидоры черри и остатки брынзы. Был еще хлеб, поджаренный на оливковом масле, а на десерт ломтик дыни.
— Шикарный завтрак у нас получается, — подытожила Лида.
— Я ем и уезжаю, — сообщил Фил.
— Куда?
— В Пизу. Маршал прислал сообщение, предлагает встретиться. — Он сел за стол. Завтракать они решили тут, чтобы не тратить время на лишние телодвижения. — Потом я выселюсь из гостиницы и перевезу свои вещи сюда. Согласна?
— Конечно. — Она подошла к Филу и поцеловала в мокрую макушку. — Твоему расследованию переезд не помешает?
— Мне по большому счету незачем оставаться в Марине. Кондратьев туда не вернется. Я жду новостей о нем. Как только они появятся, отправлюсь на его поиски.
— Откуда эти новости поступят?
— С земли.
Она взяла чашку с чаем и стала пить его мелкими глотками. На съестное не посмотрела, хотя могла бы позволить себе пару кусочков сыра или дыни. Или ей и это нельзя? Нужно будет изучить список допустимых продуктов.
— Разъясни, я не поняла, — попросила Лида, усевшись на подоконник.
— Я отслеживаю каждый оставленный Валерием след. Если он снимет деньги с карты, я узнаю. Сделает звонок по своему сотовому — я узнаю. Появится в камере с фейс-айди, какие, к примеру, сейчас устанавливаются в метро — я узнаю.
— Технологии достигли такого развития?
— В принципе, да.
— Почему тогда еще не переловили всех преступников?
— У нас заборы ДНК с места преступления не везде делают, а ты говоришь… — Он положил на хлеб лист салата, сверху кусок мяса и три разрезанные напополам помидорки. Красивый бутерброд получился, жалко есть. — Федеральные службы безопасности, конечно, новые технологии применяют давно, но они и не простых обывателей ловят. Тех, кто знает, как скрываться. А Кондратьев пользуется картой, телефоном, яхту на свое имя арендовал.
— Не странно для человека, приехавшего убивать?
— Все больше склоняюсь к тому, что он это не планировал.
— Что тогда планировал?
— Есть у меня одно предположение, но пока не озвучу.
— Ладно, я подожду. — Лида спрыгнула с подоконника, чтобы взять сыр. Но не для себя. Кусочек был положен рядом с норкой. — Исходя из вышесказанного, Валерий пока ни одного следа не оставил?
— Предполагаю, он в море и еще не причаливал к берегу. Или делал короткие остановки и покупал какие-то мелочи за наличку.
— А если он на этой своей яхте уплывет черт-те куда?
— Черт-те куда не получится, — усмехнулся Фил, слопав свой красивый бутерброд. — Яхта арендная. Взята на Корсике. В любом случае ее нужно возвращать владельцу или его представителю.
Зазвонил телефон. Это был Маршал.
— Привет, ты едешь в Пизу? — спросил он. Голос был какой-то нервный.
— Да, мы же договорились.
— Давай встретимся в твоем отеле. Я буду ждать в баре.
— Что случилось, Маршал?
— Мне из криминальной полиции позвонили, велели приехать в Марину. Мне нужно с тобой посоветоваться.
— Тебя в отделение вызывают?
— Нет, в квартиру Джи-Джи. А мы с тобой незаконно в нее проникали…
— Этого никто не может доказать, поскольку мы замок не ломали. Скажешь, что у тебя был ключ от квартиры, как у друга покойной. Меня, пожалуйста, не впутывай, Лиду тем более.
— Я чернокожий мигрант, на меня могут повесить все что угодно, если я не приведу свидетелем.
— Ты что раньше времени нервничаешь? Тебя, скорее всего, как близкого друга, попросят посмотреть, пропало ли что из квартиры. То, что ты в ней часто бывал, знают многие, так? Тот же Джузеппе.
— Я еду в Марина-ди-Пиза и, как хочешь, но направляюсь в твой отель.
— Меня там нет.
— А где ты?
— Я вообще в другом городе и, если ты будешь истерить, тут и останусь. — Фил пошел в гостиную, чтобы взять рубашку и штаны, пока он был в трусах и майке. — Тебя попросили приехать, а не забрали из дома, значит, ты просто свидетель. Когда мы заходили в квартиру, Джи-Джи уже несколько часов была мертва. Поэтому тебя если что и должно беспокоить, то алиби на момент убийства. Позаботься о нем, если не хочешь, чтобы на тебя, чернокожего мигранта, повесили всех собак.
— О, это легко, — выдохнул он. — Извини за истерику. Я не зря признавался в трусости.
— Позвони мне, когда закончишь с полицейскими, — сказал Фил и, отключившись, добавил: — Если я возьму трубку.
Лида подошла к нему, подала сумку, которую он уже минуту искал глазами.
— А вот ты не боишься раздавать свой номер посторонним? — спросила она.
— Этот нет, он временный. Но тебе, моя дорогая, когда все закончится, я оставлю основной.
— Какая честь, — закатила глаза Лида.
— Поехал я, — Фил чмокнул ее в губы. — Вернусь к вечеру.
— Буду ждать.
— Конечно, будешь, ведь я с гостинцами приеду и подарочками, — он вспомнил о шелковом белье.
Еще раз поцеловались и распрощались до вечера.
