Сэвен летит по спиральной пропасти, и там снова озеро его, воронка пророчеств. Озеро перекатывается туда-сюда, словно по чьей-то ладони читает, убаюкивается азбукой волн – короткий, резкий, сплошной с нахлёстом, тишина – «я», тихий-тихий в сторону всплеск, снова тихий – «есть», шквал-шквал, томление, круглая волна – «мысль». Вода вспыхивает и гаснет, а стратег перелетает из озера в город; это чужой город, в нём и света чуть, и замки все прозрачные, без контуров, и ничего в этом городе нет, но есть всё. Стратега тянет к этой железной урбанистической конструкции, словно магнит из дней, настойчиво несущийся к точке остановки своего движения. Он не знает, что там с ним случится.
Но там никакой беды: лицо гигантское, представленное нижней частью. Большая городская челюсть чешется, скрипит, опускается, и, как планктон в кита, в рот летят люди в шарфах и волосах, люди летят. Пачками падают в рот и тащатся по сереньким трактам города, окидывая его красивыми, но несъедобными деньгами, окидывая его взглядами поверхностными и всевозможными сетями, в которые не то рыбка идёт
Сэвен раскинул руки, прорабатывая то ли звёздочку, то ли крест, чтоб его сквозь зубы не утянуло, но тут челюсть куда-то пропала, и оказалось, что перед ним просто дверь
В полёте все состояния долгие, эмоциональные, столько чувств работает – все включены, и он уже почти привык летать, но тут случайно вспомнил, как в детстве, когда снились кошмары, стоило только закричать, и тогда сон заканчивался. Сейчас это остался единственный способ спастись – Сэвен сделал усилие и закричал.
Звука не получилось, аааа-вээээ не сработало на сей раз. Словно рот зарос. Крик поцарапал горло и больно ударился о внутренности.
– Вот оно столкновение с криком, – подумал стратег.
Он уже приготовился к самому плохому, ощутив, как чужая сила калечит ему позвоночник, через пару мгновений он превратился бы в плёночку на поверхности сна, но тут произошло что-то очень странное.
На него снизошло, он прямо так и почувствовал – «снизошло». Он почувствовал чьи-то руки, которые понесли его, и вскоре стратег оказался на чердаке в своём доме, лежал там весь мокрый и хотел скинуть одеяло, но руки не двигались: были вцеплены в кровать.
– БомБом! – закричал он, но получился обычный голос.
Около окна появилось явное предчувствие света, сначала предчувствие, а потом сам хамернап с излюбленным своим синим в птичку фонарём возник.
– Вы нервно спали там, на холме, и я перенёс вас сюда.
– Спасибо, ты меня спас!
– Нам повезло очень. Я прочищал один из гибиндров и нашёл там ваши потерянные мысли, и тогда я подумал, что надо срочно вас предупредить, что они могут напасть…
– На меня действительно что-то напало. И мяло, и давило…
– И давило?
– Да, и мяло!
– Похоже, что на вас напали верги.
– Верги?
– Вы встретились со злом. Я уже говорил, обычно мы его упрятываем сразу же, как только возникает опасность его породить, но для вас это было в первый раз…
– Но верги – это что такое вообще?
– Верги – это такие существа, которые представляют собой клубок из потерянных мыслей. Вы потеряли мысль, она разрослась в верга и разрушила в вас наработанные связи.
Сэвен вспомнил про Палопика и бубнильщиков – самые первые маары, которые он принял за навязчивые идеи, а на самом деле они просто не были продуманы.
Хамернап продолжал своё объяснение:
– В состоянии потерянной мысли никогда не останавливайтесь – вспоминайте, пытайтесь воссоздать ситуацию, во время которой она к вам пришла. Продумайте мысль полностью, не рвите на куски. В Паредем всё должно быть цельным – броны, дома, мысли…
– Это правильно…
– Иногда ещё злом лечат у нас, если у брона какие-то есть сложности с пониманием самого себя, его сталкивают со злом и тогда он может заучить, где светлое, а где тёмное… Но это в очень редких случаях, в очень редких…
– Теперь я понял. Спасибо, хамернапчик.
БомБом услужливо сложил руки на груди, улыбнулся, подождал, пока его перестанут замечать, покрутил в фонаре что-то и осторожно исчез.
А стратег крепче сдавил руками грудь: что-то нестерпимо горело внутри.
– Знаю, что наша встреча не закончена. Подожди, я скоро приду.
Так он говорил со злом. Сэвен был уверен, что без нового столкновения с ним разгадки не найти. Надо заметить, зло было не самым приятным собеседником, но стратег как-то интуитивно ощущал, что это общение может помочь.
