Мир или война? Твоя жизнь или жизни близких людей? Прошлое или будущее? Оказавшись в самом эпицентре войны между вампирами и охотниками как понять какое решение правильное, когда все вокруг кажутся врагами?Теона приняла сторону вампиров, став спутницей бессмертного, но значит ли это, что она полностью отказалась от идей охотников, которые еще никогда не были так сильны? Больше некуда бежать, ведь предатель где-то совсем рядом.Отказаться от привычного мира, чтобы понять красоту темноту. Предать, чтобы осознать, что действительно дорого. Умереть, чтобы начать новую жизнь. Жизнь. А есть ли у Теоны вообще право на жизнь?
Во время войны проще, чем во время мира. Есть враги, есть свои, есть цель.
(Вера Камша. "Отблески Этерны")
Я не видела ровным счетом ничего вокруг. Эдриан стоял передо мной размытой тенью, и что-то объяснял родным. Мама всё это время была рядом, обнимала за плечи и старалась успокоить. Но меня била крупная дрожь, и смысл ее слов терялся в пустоте, возникшей совсем рядом. Наверное, она что-то пыталась сказать мне, что-то важное. Мне было плевать. Отец держался в стороне и молчал, поглядывая на горящий камин. Казалось, его совершенно не волновало случившееся. Все беды как всегда обходили его стороной.
Прошло чуть больше часа, как мы с Эдрианом вернулись в особняк. Ньюбелзы отпаивали меня каким-то травяным чаем, от которого мысли путались еще сильнее, а окружающая картинка расплывалась до неузнаваемости.
Я пыталась не думать. Совсем. Как легко было бы притвориться, что это произошло не со мной. Что Андрей не был охотником, заманившим меня в ловушку, что я не убила его отца, что мир не рушился на глазах. Но даже мое воображение сегодня было бессильно. Назойливые картины прошедшего вечера так и сменялись в голове, не давая ни минуты покоя.
— Тео, — настойчивый голос вторгся в мое сознание. Мистер Ньюбелз стоял рядом и осторожно касался моего плеча. — Что они тебе сказали?
Мне пришлось собраться с мыслями, которые ускользали как песок сквозь пальцы. Все терпеливо ждали.
— Арсений сказал, что это они убили всех этих девушек. И взрыв их рук дело. Они хотели всем рассказать о вампирах и устроить массовую охоту.
Слова давались мне с трудом, я знала, о чем нужно молчать. Никто не должен знать, что Арсений рассказал мне о бабушке и о том, что я одна из них. Даже Эдриан не слышал этого. Я еще сама не знала, что делать с этой информацией. Имела ли она значение в моей жизни или нет? Хотелось ли мне принимать ее как должное? Я осознавала лишь одно — они не должны были узнать об этом. Это было как клеймо, увидев которое каждый из них отвернется от меня. Но был еще один факт — сами охотники. Подкрепление, которое скоро будет здесь.
Посмотрев в глаза мистеру Ньюбелзу, я поняла, что обязана сказать.
— Это не конец. Он говорил о подкрепление. Скоро они вновь попытают свои силы.
Отец Эдриана нахмурился и опустил взгляд.
— Вам придется поговорить с Советом. Это слишком серьезно. Мы не можем держать это в пределах семьи. Речь идет о всеобщей безопасности.
Я вздрогнула от его слов. Совет. Как долго он позволит мне жить?
— Не сегодня, — вступился Эдриан. — Тео очень устала. Ей нужен отдых. Мы можем отложить этот разговор на время.
Вампиры кивнули, соглашаясь. Мне не под силу было даже подняться с дивана. Эдриан подошел ко мне и осторожно взял на руки, крепко притянув к своему сильному телу. Я обхватила его руками за шею и осторожно прижалась щекой к мускулистой прохладной груди. Чувство покоя наполнило меня, забирая все тревоги сегодняшнего дня. Даже в самом центре этого ада я могла почувствовать себя в безопасности.
Эдриан больше ничего не сказал присутствующим, развернулся и пошел к лестнице, направляясь в мою спальню. Я блаженно закрыла глаза, вдыхая его аромат, что-то близкое к свежему воздуху морозным утром. На данную секунду не существовало ничего лучше этого.
Наверное, я задремала, потому что когда открыла глаза, то увидела его над собой, пока парень укрывал меня теплым одеялом.
— Спи, — прошептал он, нежно целуя в лоб.
— Стой, — я схватила его за руку не в силах отпустить, в страхе остаться одной. — Что дальше?
— Ничего, — нежно улыбнулся Эдриан, — ты немного поспишь. А завтра мы обо всем поговорим.
— Ты скажешь им об опасности?
— Я поговорю с отцом. Он поймет. Мы не можем с тобой одни противостоять вампиру из Совета. Ты же понимаешь, что нам нужны союзники?
Мне пришлось кивнуть, хотя его решение и казалось мне диким, только сон буквально затягивал всё глубже и глубже.
— А остальным?
— Нет. Им незачем знать. Ты должна отдохнуть, а мы с отцом подумаем, как вывести врага на чистую воду. Тебе не о чем волноваться.
Последние его слова донеслись до меня уже словно сквозь толщу воды, которая накрыла меня с головой.
Всю ночь перед глазами стояла Милена, подвешенная за ноги, Арсений, умирающий на моих глазах, комната охотников, залитая кровью и разрушенная до основания. Эти образы осторожно вплетались в мой сон, превращая его в самый худший ночной кошмар. Я просыпалась в холодном поту, тяжело дыша, но усталость брала верх над страхом и заставляла вновь возвращаться к жутким ведениям. Когда первые лучи солнца, наконец, заглянули в мою комнату, я была им рада. Всё что угодно, лишь бы не возвращаться к столь реальным воспоминаниям.
Эдриан сидел рядом с моей кроватью, подперев кулаком голову, и в упор смотрел на меня.
— Привет, — прошептала я, стараясь привести в порядок волосы, которые превратились в птичье гнездо, пока меня мучили страшные сны.
